«Пристегнись ремнём, чтобы из кабины не выпасть». Тест-драйв скандальной «дороги жизни», где застревают Камазы

«Пристегнись ремнём, чтобы из кабины не выпасть». Тест-драйв скандальной «дороги жизни», где застревают Камазы

В октябре 2015 года из-за аварийного состояния дороги до трёх посёлков в Нижнем Тагиле было много шума. История об отрезанных от цивилизации и пребывающих на грани голода Серебрянке, Верхней и Нижней Ослянке дошла даже до федеральных СМИ. Жители жаловались на перебои в поставках продуктов и медикаментов. К ним выезжали чиновники, добровольцы собирали гуманитарные конвои, депутаты Госдумы обещали помощь, а прокуратура торопила дорожных строителей. Постепенно страсти поутихли, а ситуация между тем не изменилась. В конце августа 2016-го посельчане сообщили, что дорога по-прежнему не отремонтирована, а значит, прошлогодняя история грозит повториться с наступлением осени, когда дождь размочит «дырявую» неасфальтированную дорогу.

Чтобы выяснить, как на самом деле обстоят дела на трассе Нижний Тагил – Серебрянка, агентство новостей «Между строк» отправило туда журналиста, который лично посещал «голодающие» тагильские посёлки осенью 2015-го и мог сравнить положение дел в прошлом году и нынешнем. Подробности – в репортаже Антона Селиверстова.

Для поездки нужна была машина высокой проходимости. В прошлом году я добрался до Серебрянки не с первой попытки: штатная вазовская «девятка» агентства просто не смогла преодолеть глубокие, занесённые снегом лужи. Позже удалось «прицепиться» к гумконвою на вездеходных машинах. Поэтому теперь я сразу решил не рисковать, а найти машину высокой проходимости с водителем, который хорошо знает трассу Нижний Тагил – Серебрянка.

Александр из компании «Синегорская» ежедневно проезжает по этой дороге на «КамАЗе» для транспортировки питьевой воды. Он проделывает только первую половину пути до Серебрянки (в посёлке Синегорском он сворачивает на родниковую станцию), зато работает уже восемь месяцев и лично следил, как менялась ситуация на этом участке. На самом деле, почти не менялась.

 «Всё, лафа закончилась», – сказал Александр, только мы выехали из города.

Здесь, на и так не слишком ровном асфальтовом покрытии, начали появляться ямы. Чем дальше, тем их становилось больше. Вскоре асфальт исчез, но многочисленные ямы остались.

«Когда сухо, ещё ничего, дыры хоть как-то объезжать можно, – сказал Александр. – Когда дожди зальют, тут просто *** (кошмар. – Прим. ред.) будет. Лучше всего тут зимой – снежок выпадет, утрамбуется, дорога выровняется. А вот весной, когда снег растает, – снова *** (кошмар. – Прим. ред.)».

Однако и зимой эта трасса, по словам Александра, не перестаёт быть сложной – на некоторых участках двум встречным машинам не разъехаться. Надолго грузовую машину останавливать нельзя, иначе рискуешь застрять в подтаявшем снегу.

«У моего “монстра” вместимость двадцать тонн воды, если застрянет в яме, приходится воду сливать, иначе не выехать. Потом надо возвращаться на родник и надеяться, что со следующей попытки удастся проскочить», – объяснил Александр.

Чем ближе к Серебрянке, тем хуже дорога. По пути встретили жителя посёлка по фамилии Первичев. Стойка левого заднего колеса на его ВАЗ-2111 не выдержала «трясучей» трассы и сломалась.

«Гаишников я тут ни разу не видал, но ремнём всё равно пристегнись, чтобы из кабины не выпасть», – пошутил Александр.

Александр осмотрел машину, вручил бедолаге проволоку, чтобы примотать стойку, и посоветовал возвращаться домой. На вопрос о ситуации с дорогой до Серебрянки Первичев беззлобно отмахнулся:

«Нечего тут рассказывать. Восемь лет уже рассказываем. Устали уже».

Вдоль Синегорского дорога была заасфальтирована. По словам местных, ремонт провели аккурат перед выборами, а обновлённый участок начинается и кончается на границах посёлка. Дальше, говорят они, дорога, к которой все уже привыкли, – аварийная, но кое-как проехать можно.

Согласно графику движения, в Синегорском Александр поворачивает с трассы на посёлок Мизерка, где расположена родниковая станция его компании. Здесь дорога не сильно отличается от «серебрянской». Сквозь землю проступает покрытие, построенное ещё при Демидове, – деревянные брусья с металлическими гвоздями.

На родниковой станции «Синегорская» работает Юрий, сам он из Нижнего Тагила. Когда Александр и Андрей рассказали об «одиннадцатой» без колеса, Юрий узнал в хозяине авто своего знакомого из Серебрянки. Как выяснилось, в посёлке у Юрия полно приятелей.

«Здесь историями о сломанных стойках и сколотых бамперах никого не удивишь», – сказал он.

По словам Юрия, в сутки с родника компании «Синегорская» в Нижний Тагил поставляется от 60 до 80 тонн воды. Их отвозят четыре грузовика: три 13-тонника и «КамАЗ» Александра, который выполняет по 1-2 рейса в день. Если брать среднее значение в 70 тонн, то «Синегорская» поставляет в город объём питьевой воды, равный суточной норме потребления (2,5 литра на человека) 28 тысяч людей – это более 8% населения Нижнего Тагила.

При таком раскладе существует вероятность, что в любой момент почти десятая часть города лишится воды, которая поставляется по «дырявой» дороге, где ломаются и застревают машины. Это бы не казалось таким страшным, если бы ситуация с питьевым водоснабжением Нижнего Тагила не была критической. В августе Роспотребнадзор признал непригодной для питья воду, отбираемую из Черноисточинского пруда для Вагонки и ГГМ – люди жаловались на подозрительный цвет и гнилостный запах. Чиновники рекомендовали запасаться водой из артезианских скважин или покупать бутилированную. Позже было объявлено о нормализации биологической обстановки на Черноисточинском пруду, но уже на следующий день его берег засыпало мёртвой рыбой. К тому же до сих пор сохраняется проблема на Верхне-Выйском пруду, где устарел гидроузел. Местные власти и экозащитники пытались добиться включения Нижнего Тагила в федеральную программу «Чистая вода», однако выяснилось, что она больше не финансируется.

«В Европе за воду из нашего родника большие деньги брали бы, – похвастались работники на станции в Мизерке. – Там государство этот бизнес поддерживало бы, а у нас дорогу нормальную сделать не могут. После неё, когда кто-то говорит, что мы не с родника воду возим, а чуть ли не в соседнем дворе набираем, смешно становится. Знали бы они, какой путь приходится проделывать, чтобы им эту воду доставить. И ещё нахваливают артезианские источники. Ну вот нравится им это слово – “артезианские”. Не понимают, что это просто подземные воды. А если скважина не в том месте пробурена? Туда из канализации вода стекает, бензин, и ничего этого не видно. Да там качество воды от времени года меняется. А здесь открытый родник – хоть ладошкой черпай да пей. Только доедь сюда сначала».

На обратном пути мы встретили ещё одну машину с поломкой. Но, по сравнению с проблемами Первичева, эта вызвала лишь улыбку.

А когда вернулись в Нижний Тагил, Александр отметил, что и в черте города «лафы не так уж и много».

Напомним, в 2015 году суд обязал «Свердловскавтодор», в ведении которого находилась трасса, провести ремонт. По дороге прошлись грейдерами и засыпали её щебнем, но это принесло лишь кратковременный результат. В августе 2016 года пригородная прокуратура провела повторное обследование и вынесла представление отремонтировать трассу, ведь она не соответствует требованиям безопасности движения. Однако, по словам директора Невьянского ДРСУ Андрея Пастухова, на капитальные работы рассчитывать не стоит: слишком больших затрат требуют 80 «дырявых» километров. В Министерстве транспорта Свердловской области капремонт трассы оценили в 1,5 миллиарда рублей. Петухов сообщил, что в течение сентября-октября дорога будет профилирована, ямы и выбоины на ней засыплют, а колею выровняют.

Автор: Антон Селиверстов