«Я хоронила его как суицидника». В Нижнем Тагиле расследуют загадочную смерть в закрытой квартире

«Я хоронила его как суицидника». В Нижнем Тагиле расследуют загадочную смерть в закрытой квартире

Следователи следственного отдела по Ленинскому району Нижнего Тагила пытаются разгадать тайну загадочного преступления, которое произошло ещё в конце октября 2018 года в одной из квартир на первом этаже дома на улице Пархоменко. Два года назад эта квартира принадлежала пожилому мужчине, но длительное время в ней проживала его 33-летняя дочь Снежана (все имена изменены. — Прим. ред.) со своим 32-летним возлюбленным Денисом. Днём 29 октября Снежана позвонила матери Дениса, Виктории, и сообщила, что её сын заперся в квартире изнутри и никого не пускает.

«Денис и Снежана знакомы с самого детства, они часто ссорились, расставались, но он её очень любил и всегда к ней возвращался, — рассказала АН “Между строк” Виктория. — Он даже квартиру покупал, чтобы пожить отдельно, но с соседями не повезло, поэтому вынужден был её продать. Сыну не нравилось, что Снежана любила покутить с подругами, и поэтому я не удивилась такому поведению Дениса, однако всё же решила ему позвонить, но его телефон был выключен».

Виктория вместе со Снежаной пришли к квартире, но Денис ни на звонки в дверь, ни на стук в окна не реагировал. Все решётки на окнах были целы, а сами окна — закрыты. Девушка попыталась вызвать спасателей, чтобы те вскрыли дверь, но ей ответили, что могут это сделать только в присутствии собственника. Несколько часов понадобилось, чтобы дождаться отца Снежаны. В присутствии сотрудников полиции дверь была открыта.

Окровавленный труп Дениса был обнаружен в душевой кабинке. Под руками у мужчины был зажат кухонный нож. Судмедэксперты насчитали на теле погибшего 17 поверхностных колото-резаных ран грудной клетки, восемь царапин левого предплечья и кровоподтёки на левой ноге.

«Денис боялся крови и не смог бы просто нанести себе столько ранений. Кроме того, я узнала, что он как раз в эти дни собирался съезжать от Снежаны, даже грузчиков заказал», — уверена Виктория.  

По словам Виктории, Денис занимался IT-бизнесом, торговал в сети электронными книгами и криптовалютой. Вырученных денег вполне хватало на безбедное существование ему и Снежане, но у девушки был свой бизнес, который успешным назвать было нельзя.

«После смерти сына я забрала из этой квартиры его компьютер, жёсткий диск и банковские карты, но Снежана попросила отдать ей диск, чтобы она смогла скопировать с него их общие фотографии. Я ей его отдала, а когда она мне его вернула, то он оказался защищён паролем. Также я увидела через компьютер, что уже после смерти сына Снежана снимает деньги с его счетов. Также из квартиры пропал ноутбук, на котором Денис занимался своим бизнесом», — говорит Виктория.

Женщина считает, что невестка может быть причастна к гибели её сына, но следствие долгое время отказывалось возбуждать уголовное дело. В конечном итоге Виктории удалось добиться от Следственного комитета возбуждения уголовного дела по статье 110 УК РФ «Доведение до самоубийства», пока бесфигурантного.

Женщину смущает не только поведение Снежаны, но и объективные обстоятельства. В частности, Виктория уверена, что Денис не мог сам закрыться изнутри, поскольку, по её словам, дверной замок не имел щеколды. При этом домашние животные, кошка и небольшая собака, в момент обнаружения тела были закрыты в шкафу. По мнению матери, положение ножа и характер повреждений при первом осмотре тела указывают на то, что кто-то сначала пытал, а потом убил её сына, перенеся его тело в ванную и вложив под руки нож, обставив всё как самоубийство.

«Мне больших трудов стоило добиться возбуждения уголовного дела. Прошло уже слишком много времени, но я хочу, чтобы следствие нашло виновных в смерти моего сына», — говорит Виктория.

От редакции

По закону, этическим соображениям и согласно требованиям Роскомнадзора мы не можем разглашать персональные данные действующих лиц, их взаимоотношения, а также некоторые обстоятельства уголовного дела. По этой же причине мы опустили несколько второстепенных деталей, которые пока напрямую не являются причиной или следствием преступления, но впоследствии могут стать мотивом.