Техногенные аварии происходят на Урале не часто, но живут в народной памяти долго, иной раз десятки лет. Одной из таких аварий был взрыв на железнодорожной станции Свердловск-Сортировочный, произошедший под утро 4 октября 1988 года в результате столкновения четырёх вагонов, гружённых взрывчатыми веществами, с поездом, который перевозил уголь.
Согласно официальной версии, четыре вагона, гружёные продукцией Красноуральского химического завода (а это 40 тонн гексогена и почти 47 тонн тротила) самопроизвольно покатились под уклон, миновали стрелку и врезались в состав, перевозивший уголь, при этом снеся электрический столб и оборвав провода. Почти сразу искры от контактного провода напряжением 3000 вольт попали на вагоны со взрывчаткой, начался пожар, и через несколько минут раздался взрыв.
Место взрыва было оцеплено сотрудниками транспортной милиции и военнослужащими внутренних войск. Так же на станцию прибыли подразделения железнодорожных войск и стройбата, которые начали восстанавливать железнодорожные пути.
О мощности взрыва можно было судить по редким фотографиям, которые появились в средствах массовой информации на следующий день.
(фото Василия Голощапова, 05.10. 1988 г. / фрагмент ориг. изображения) (http://www.1723.ru/photo/sortirovka/004_sortirovka.jpg)
(фото Василия Голощапова, 05.10. 1988 г. / фрагмент ориг. изображения) (http://www.1723.ru/photo/sortirovka/005_sortirovka.jpg)
(фото Василия Голощапова, 05.10. 1988 г. / фрагмент ориг. изображения) (http://www.1723.ru/photo/sortirovka/010_sortirovka.jpg)
Взрыв был ужасающей силы, и городские власти срочно начали готовить новый сектор на Западном кладбище Свердловска, рассчитанный на похороны более 100 человек. Однако вскоре выяснилось, что погибли только пятеро. Трое в момент взрыва находились в тележечном цехе в 300 метрах от эпицентра взрыва. Рабочую Галину Тухватулину убило на месте тяжёлой дверью, её напарник — Олег Ефременко — скончался на девятый день в больнице. Рабочего Анатолия Вахрушева завалило обрушившимся потолком. Он прожил в больнице 40 дней, но спасти его не удалось. Ещё два человека погибли в столовой, что находилась по другую сторону от эпицентра взрыва — повар и посетитель.
Объективной информации о погибших и раненых не было почти двое суток. Только 6 октября газета «На смену!» сообщила, что в результате взрыва было госпитализировано 98 человек. Только через несколько дней стало известно, что за медицинской помощью в тот роковой день в больницы города обратилось более 300 человек. Большинство из них получили порезы от разлетавшихся от ударной волны стёкол и после оказания им первой помощи от госпитализации отказались. У трёх человек осколки стекла доставали из глаз, но зрение пациентам удалось спасти. В детской больнице № 9 трое юных пациентов получили ушибы от фрагментов рам, вылетевших из окон.
(http://www.1723.ru/photo/sortirovka/013_sortirovka.jpg)
На месте взрыва образовалась огромная воронка глубиной 8 и диаметром 45 метров. Взрывом разрушило пешеходный мост, завод специальных железобетонных изделий, столовую, сгорел железнодорожный склад топлива. Взрывом было полностью разрушено 39 жилых домов, ещё 37 зданий серьёзно пострадали, но подлежали ремонту. Наиболее серьёзные разрушения произошли на улицах Строителей, Паровозников, Маневровой и Крупской. В сотнях других домов взрывной волной выбило стекла. Стёкол лишилось два десятка домов, находившихся в нескольких километрах от эпицентра взрыва — на улицах Бебеля и Пехотинцев. Стёкла вылетели даже в Театре музыкальной комедии, в ЦУМе и в магазине «Океан».
Серьёзно пострадал Дворец культуры железнодорожников. Взрывной волной в нём не только вынесло все окна и двери, но и разрушило межкомнатные перегородки. Власти города поспешили заявить, что здание будет восстановлено, но экспертиза, проведённая через год, показала, что взрыв повредил некоторые несущие конструкции здания. Дворец культуры простоял в полуразрушенном состоянии более 20 лет и был снесён только в 2011 году, когда стало окончательно понятно, что восстанавливать в нём нечего.
(https://img-fotki.yandex.ru/get/4603/andrey-alshevskix.32/0_4b22e_b2ff2138_XL.jpg)
Власти Свердловска сразу же принялись ликвидировать последствия катастрофы. Первым делом была засыпана воронка от взрыва. Для этого понадобилось 15000 кубометров грунта, 7 бульдозеров, 4 экскаватора и 35 самосвалов. С воронкой справились к вечеру 4 октября, и в 18:00 движение на повреждённом участке станции Свердловск-Сортировочный было возобновлено. Всех жильцов разрушенных домов эвакуировали и расселили в гостиницы «Большой Урал», «Свердловск», «Юбилейная» и «Исеть». В гостиницах были открыты фельдшерские пункты и организовано трёхразовое питание. Вещи пострадавших были перевезены на хранение на специально отведённые склады.
Последствия взрыва не могли не сказаться на городском бюджете. Капитальный ремонт потребовался детской больнице № 9, а также 8 поликлиникам, 39 детсадам, 52 школам и множеству магазинов. Городские власти обратились за помощью к предприятиям, и те, в силу своих возможностей, оказали её. Комсомол организовал ряд субботников по уборке битого стекла и строительного мусора, но основная часть расходов легла тяжёлым бременем на городской бюджет.
Как это ни странно, но трагедия дала новую жизнь Сортировке. Многие люди, стоявшие десятилетиями в очереди на улучшение жилищных условий, были переселены из ветхих, деревянных трущоб в современные благоустроенные дома, построенные в районах ЖБИ и на «Синих Камнях». В течение месяца ордера на новые квартиры получили 456 семей.
Следствие по факту взрыва на Сортировке шло два года. Виновницей случившейся техногенной аварии была признана дежурная по станции Свердловск-Сортировочный Татьяна Хамова. Но суд отправил дело на дополнительное расследование сначала — в Генеральную прокуратуру СССР, а потом — в суд Челябинска. Дело вели до 1992 года, пока не закрыли за давностью произошедшего. В итоге уголовные обвинения с Татьяны Хамовой сняли: суд не нашел в ее действиях злого умысла. Женщина тяжело переживала случившееся, рассчиталась с железной дороги и вместе с семьёй переехала в другой город.
В 2012 году в ряде СМИ появилась информация, что дежурная по станции Хамова вполне могла быть не виновной. Некий источник (бывший работник Красноуральского химического завода) предположил, что гексоген в вагонах мог быть недостаточно флегматизирован на предприятии, и поэтому сдетонировал при малейшем взаимодействии с открытым огнём. Так это или нет, никто проверять не стал.
Д. Г. Кужильный для АН «Между строк».
По материалам:
— И. Майорова «Драма старой Сортировки» (https://www.taganka-e.ru/news/drama.shtml)
— В. Голощапов «Взрыв на Сортировке» (http://www.1723.ru/photo/sortirovka.htm)
— В. Солдатов «Взрыв. Сортировка» (https://66.ru/news/incident/236106/)







