​​​​​​​«Моя задача — защитить пациентов». Главный врач Демидовской больницы Нижнего Тагила рассказал о работе учреждения в условиях пандемии и переболевших коронавирусом сотрудниках  

​​​​​​​«Моя задача — защитить пациентов». Главный врач Демидовской больницы Нижнего Тагила рассказал о работе учреждения в условиях пандемии и переболевших коронавирусом сотрудниках  

Несмотря на снятие режима самоизоляции и постепенное возвращение к привычной жизни, в больницах Нижнего Тагила обстановка далека от «докарантинной». Число заболевших коронавирусом тагильчан растёт, и нагрузка на медучреждения тоже. Сложно абсолютно всем больницам, не только перепрофилированным под пациентов с COVID-19. Главный врач Демидовской больницы Сергей Овсянников в интервью АН «Между строк» рассказал о работе своего коллектива в условиях пандемии: о беспрецедентных мерах защиты, о заболевших коронавирусом врачах, об оснащённости СИЗами и сложной маршрутизации больных в городе.

— Когда мир ещё только узнал о коронавирусе в Китае, была ли надежда, что он не доберётся до Нижнего Тагила? В какой момент тагильские медучреждения начали готовиться к борьбе с COVID-19?

— В начале февраля уже были изданы первые нормативные документы Министерства здравоохранения Свердловской области, по которым лечебные учреждения ориентировались и организовывали свою работу, и уже в этот период были введены первые ограничительные меры. Когда из СМИ стало известно о событиях в китайском городе Ухань и когда ВОЗ объявила ситуацию с новой коронавирусной инфекцией пандемией, мы, люди с медицинским образованием, уже понимали, что никак данная ситуация нас не минует, мы будем участниками этого эпидпроцесса. Первое, с чего мы начали работу, — это создание штаба по предотвращению распространения новой коронавирусной инфекции, куда вошли ключевые сотрудники учреждения, ответственные лица. Мы определили состав, председателя, дублирующий состав на случай замены, определили график совещаний. Сразу был издан ряд нормативных документов для всего персонала учреждения с целью усиления санэпидрежима, даны конкретные распоряжения заведующим профильными отделениями больницы, врачебному персоналу, среднему медперсоналу, разработан алгоритм действий при поступлении в учреждение пациента, страдающего новой коронавирусной инфекцией. Провели учёбу по оказанию помощи таким пациентам, по использованию средств индивидуальной защиты. Мы обновили свои знания по вопросам, какие СИЗы нам необходимы для работы, как ими правильно пользоваться, как правильно надевать костюм инфекциониста и т. д.

До этой ситуации мы, конечно, знали об этом, но не сталкивались каждый день, как теперь. Сейчас медицинские работники в некоторых отделениях надевают костюм инфекциониста по нескольку раз в день. А раньше это проводилось только на специальных занятиях и учениях. Дополнительно были заключены договоры с поставщиками на увеличение количества средств индивидуальной защиты и дезинфицирующих средств. Большие государственные контракты были разыграны ещё в начале года, до появления всех активных противоэпидемиологических мероприятий. Конечно, мы столкнулись потом с отказом поставщиков поставлять средства защиты по тем ценам, которые были разыграны. Никто не знал, что расходные материалы так вырастут в цене. Тогда пришлось действовать по прямым договорам с поставщиками, у кого были в наличии расходные материалы, СИЗы и пр.

— Как сейчас обстоят дела в больнице с оснащением СИЗами? Удалось ли сформировать запасы защитных средств?  

— Средства индивидуальной защиты в учреждении есть всегда, в том числе одноразовые. Марлевые маски — это такие же средства индивидуальной защиты, и они всегда присутствуют в учреждении в определённом количестве, примерно от трёх до четырёх тысяч, это необходимые запасы, которые обязательно должны быть на случай отсутствия тех же одноразовых масок. Мы не можем допустить, чтобы персонал остался без масок. Пошив входит в функциональные обязанности ряда сотрудников учреждения, пополнением запасов мы занимаемся регулярно. На сегодняшний день у нас 30 000 одноразовых масок, около 3500 марлевых многоразовых масок. Сейчас мы заметили снижение цены на одноразовые маски, поэтому, как только будет необходимость, мы объявим аукцион. Надо сказать, что большую помощь нам оказали глава города и его команда, вовремя помогли нам со средствами индивидуальной защиты. Безвозмездно передали их всем лечебным учреждениям города, которые работают не только с пациентами, страдающими коронавирусной инфекцией.  

— Что изменилось в работе больницы с наступлением пандемии?   

— Демидовская больница не является перепрофилированным учреждением, то есть мы оказываем медицинскую помощь по своим профилям, которыми и занимались. Это хирургия, урология, гинекология, неврология, кардиология и так далее. Пациенты с коронавирусной инфекцией маршрутизированы в другие лечебные учреждения города, которые перепрофилированы под оказание этого вида помощи. Соответственно, те пациенты, которые до этого лечились в перепрофилированных больницах по таким профилям, как хирургия, травматология, гинекология, кардиология, нейрохирургия, поступают в наше учреждение и в городскую больницу № 4 Тагилстроевского района. В связи с этим нагрузка на наших врачей возросла. Поскольку мы являемся многопрофильной больницей, не исключено появление пациента, параллельно болеющего и коронавирусной инфекцией. На этот случай у нас разработаны специальные алгоритмы, которые есть в каждом приёмном отделении. Все пациенты при поступлении осматриваются врачом, и если подозревается наличие острого респираторного вирусного заболевания или есть симптомы пневмонии, то, согласно нормативному документу Минздрава, они маршрутизируются в 1-ю городскую больницу, где и проводится так называемая сортировка пациентов. Пациент осматривается специалистом, проводятся необходимые лечебные диагностические мероприятия, и по медицинским показаниям он либо госпитализируется в ГБ № 1, либо перенаправляется по маршрутизации в инфекционную больницу. Ряд пациентов может быть госпитализирован в больницу восстановительного лечения санаторий «Руш» и «Сосновый бор» по определённым показаниям, если этот пациент не нуждается в активном медицинском наблюдении.

Если, к примеру, при поступлении в наш стационар имеются подозрения на коронавирусную инфекцию, но в то же время у человека тяжёлая травма, он должен быть прооперирован, мы обязаны оказать экстренную медицинскую помощь. На этот случай у нас организованы изоляторы. Это своего рода реанимационные палаты, изолированные от других помещений. Пациенту оказывается необходимая медицинская помощь, вплоть до оперативного лечения, и после того, как пациент прооперирован, его жизни ничего не угрожает, он госпитализируется в эту изолированную палату. Сейчас у нас организовано два изолятора в хирургическом корпусе и один изолятор в терапевтическом корпусе на Кузнецкого, 12. В данный момент там никого нет, но буквально два дня назад мы переводили пациентку, страдающую коронавирусной инфекцией, из изолятора в санаторий «Руш». Согласно нормативным документам областного Минздрава, пациент переводится в то профильное лечебное учреждение, которое уполномочено оказывать медицинскую помощь с основным заболеванием (скажем, с травмой) и с коронавирусной инфекцией. Эти медицинские учреждения сосредоточены на территории города Екатеринбурга, и мы таких пациентов переводим на лечение туда.

— Сегодня врачи находятся максимально близко к вирусу. Были ли случаи заражения среди персонала?

— У нас четыре сотрудника переболели коронавирусной инфекцией. Но все случаи не были связаны с оказанием медицинской помощи. Сотрудники были вовремя направлены на лечение, прошли стационарное лечение. Слава Богу, благополучно выздоровели, все вернулись к работе.

— У вас есть страх заразиться?

— Никакого страха заболеть или заразиться коронавирусной инфекцией у меня лично нет. Мы действительно работаем в условиях повышенного риска. Мы обязаны оказывать медицинскую помощь, чем, в общем-то, с успехом и занимаемся. Выбрав однажды в жизни медицинское направление, о рисках, наверное, думать надо, но недолго. Надо идти и работать. Но ни в коем случае никто не упрощает вопрос течения этой патологии. Моя задача — защитить пациентов, которые находятся в учреждении, защитить сотрудников от заболевания внутри стационара и, естественно, защитить в первую очередь себя как врача, который каждый день работает не только у себя в кабинете, но и с сотрудниками в стационарах. Все мы обучены и используем средства индивидуальной защиты, это имеет большую эффективность. Но ведь, когда ты заходишь к пациенту в палату, у тебя нет мыслей о том, что ты заболеешь каким-то инфекционным заболеванием. Врач-пульмонолог, заходя на обход к пациенту, который страдает пневмонией, не думает, что может заразиться. Он прежде всего думает о здоровье пациента.

— Когда, на ваш взгляд, Нижний Тагил достигнет плато?

— Коэффициент заболеваемости не превышает единицы уже в большинстве городов нашей страны. В общем-то, это положительная динамика, на сколько она сохранится — сказать невозможно. Также не могу давать каких-то долгосрочных прогнозов. Могу с уверенностью сказать, что руководство области, нашего города, медицинские учреждения совместно с Центром гигиены и эпидемиологии, федеральной службой Роспотребнадзора делают всё возможное, чтобы остановить распространение этой опасной инфекции.

— Что можете ответить ковид-диссидентам, которые отказываются носить маски и перчатки, считают, что этот вирус не страшнее гриппа и вообще кому-то выгоден?

— Подавляющее большинство людей стараются защитить себя. Существует доступная объективная картина по всему миру. Появились определённые тревожные цифры заболеваемости и смертности от новой коронавирусной инфекции. Есть исследования, показывающие, на каком уровне организма идёт поражение тех жизненно необходимых процессов, после которого наступают тяжёлые осложнения, порой несовместимые с жизнью. Такие вещи игнорировать просто невозможно. Мы общаемся с коллегами, с врачами, которые работают непосредственно с пациентами, страдающими коронавирусной инфекцией. Симптомы, которые проявляются у этих пациентов, дают понять, что мы имеем дело не просто с простудой, не просто с каким-то рядовым острым заболеванием верхних дыхательных путей, мы имеем дело с принципиально новым заболеванием, у которого есть свои патогномоничные симптомы, по которым можно с большой долей вероятности заподозрить именно течение новой коронавирусной инфекции. С другой стороны, есть случаи течения этого заболевания без каких-либо выраженных симптомов, но по результатам компьютерной томографии лёгких у этой категории пациентов уже имеются воспалительные изменения лёгочной ткани.  Этим и опасно заболевание, что вроде бы внешне всё благополучно, а воспалительный процесс запущен и развивается.

— Как пандемия коронавируса отразилась лично на Вас? Что изменилось в жизни из-за режима самоизоляции?

— В профессиональной деятельности, безусловно, есть изменения. Столько времени, сколько необходимо, нахожусь на работе. Мы работаем практически в круглосуточном режиме. Линейки, оперативки, совещания стали проводиться в дистанционном режиме. Максимально усилен санэпидрежим в учреждении. Что касается лично меня, основная тема разговоров дома —коронавирусная инфекция. Супруга также врач, делимся друг с другом какими-то знаниями, мнениями по этому вопросу. Поскольку мы, как медицинские работники, входим в группу риска заражения, приняли серьёзное решение минимизировать социальные контакты. Мы просто обязаны не подвести своих родственников, друзей. Мы ответственны за их здоровье.