Текстовая версия

Текстовая версия

- Евгений, Вы собираетесь избираться в мерыЕкатеринбурга?
- Здравствуйте, Евгений. У меня вопрос по поводу вашегоучастия в выборах мэра Екатеринбурга. Насколько я знаю, вы заявили, что не будетепринимать в них участие.
- Яне заявлял, что не буду принимать в них участие.

 - В последнее время на многих интернет ресурсахпроводились мини-опросы в связи с выборами главы Екатеринбурга. Во многих вылидировали с большим перевесом. Был уверен, что вы дадите бой пришлым из ПЖиВ.Что заставило отказать? Уверен, что народ бы поддержал.
- И яуверен, что народ бы поддержал. И, если я пойду, я знаю точно, что поддержат. Яне заявлял о своем выдвижении. Мало того, я не заявлял о своем невыдвижении. Яэту тему не трогаю по ряду совершенно определенных причин, в частности, из-затого, что они попытались взять у меня заложников и мои действия сейчас в ту илииную сторону, повлекут за собой последствия, которые коснуться не меня лично, амоих близких людей и моих товарищей. Поэтому я веду свою линию, это моя линия.Она достаточно сложная. Сложная для понимания. Веду свою личную линию, потомучто я должен учитывать ряд обстоятельств. Но если я пойду, то я выиграю.

 - Хотелось бы поблагодарить вас от души за все, что высделали для нашего города! Я, как житель Екатеринбурга, считаю вас человеком,который сделал для столицы Урала больше, чем все остальные деятели и политикивместе взятые. Долго шли дискуссии: будете вы баллотироваться в мэры или нет,но оказалось, что не будете.
- Послушайте,за меня столько было сказано! Я ни разу никому не говорил, что я буду. Я ниразу никому не говорил, что я не буду. Ни одного раза я этого не говорил. Нитого, ни другого. 

- Как вы считаете, кто может быть сильным исправедливым мэром для Екатеринбурга? Вы будете поддерживать кого-то изкандидатов? Ваше мнение важно для меня.
- Для Екатеринбурга мог бы быть хорошим сильным мэром человек,который здесь родился и вырос, который понимает город и не собирается уезжатьиз города. У которого дети учатся в местных школах. У которого жена работает вэтом же городе. Человек должен ощущать город по себе. Он должен былсталкиваться с детскими садиками на территории Екатеринбурга. Он должен былсталкиваться с работодателями, с бизнесом. Он должен понимать, что происходит вшколах через своих детей. Он еще и должен держать в душе мнение своихродителей, своих старших и ровесников, своих родителей, своих ровесников. Влюбом случае, это должен быть человек, который родился и вырос в Екатеринбурге.Это должен быть человек независимый финансово, т.е. умеющий зарабатыватьденьги. Но лучше всего, чтобы его бизнес не был аффилирован ни с какимигородскими структурами, чтобы он зарабатывал деньги не на городскойинфраструктуре. Это должен быть независимый бизнес. Это должен быть нестроительный бизнес, чтобы у человека не было соблазнов. В любом случае, этодолжен быть честный достойный человек, причем возраст особой роли не играет.Этот человек должен понимать, что ему предстоит работать, вгружаться в этуработу по-настоящему. Долгое время не выезжать из города, быть какприколоченным к городу. Конечно, это должен быть человек, который любит свойгород, который понимает, что надо бороться за исторический облик города.Который должен понимать, что в городе надо бороться за каждое дерево, за каждыйзеленый кустик. Которому никогда в жизни в голову не придет мысль, что на местекорта во дворе, где собираются все дети, можно построить высотку и заработатьна этом деньги. Я могу долго об этом говорить. Главное, чтобы это был сильный,достойный, честный человек, который любит свой город. И, если я такого увижу, яего поддержу.

- Раскройте подробности и просто сообщите, о чем былавстреча с вашим оппонентом Куйвашевым. Просто на фоне заключения суда овыселении, вы вдруг встречаетесь, и бах, все замирает. И тут же вы объявляете отом, что не идете в политику. Такое чувство, что вы договорились о чем-то. Нехотелось бы верить, что вы продались этому человеку.
- Послушайте, я могу себе позволить непродаваться никому. Мне 50 лет, и, по-честному, у меня кроме имени ничего особои нет. Поэтому я своим именем дорожу. И если я не продавался Суркову, Кремлю и «ЕдинойРоссии», то с чего вдруг я продамся Куйвашеву. Это первое, а второе, выспрашиваете «о чем вы разговаривали», скажу вам честно, мы разговаривали ни очем. Никаких договоренностей, ничего нет, чтобы ни у кого не было иллюзий. Малотого, буквально через день после этого разговора, снова начались разгромыФонда. И вот еще интересный момент, не так давно у полпреда встречалисьТунгусов, как представитель города, и Куйвашев. Вроде бы обо всем договорились,пожали друг другу руки, через два дня начались снова обыски, захваты «Водоканала»– тунгусовского предприятия. То есть из этого следует или Куйвашев не держитслово и есть основания так считать. Или Куйвашев вообще не контролируетситуацию, и силовики действуют сами по себе, ну такая хунта сложилась.Возможно, что и это. Я этим голову даже не хочу забивать, мне есть о чемдумать. Я любого губернатора-назначенца воспринимаю как такое стихийноебедствие. Я же не обижаюсь, что снег пошел или дождь. Прислали хорошего –хорошо, прислали плохого – переждем, может следующий будет хороший. Этоназначенцы – лотерея, я не хочу даже в этом никак участвовать.

 - Здравствуйте,Евгений. Все мы знаем про разгром фонда и возбуждение «странных» уголовных делпротив его сотрудников. Все мы знаем из ваших записей в блоге, что губернатор идругие «высокие» лица слушают ваши разговоры. Все мы знаем, что они хотятвыселить Фонд из здания на Белинского 19. А недавно вы объявили, что будетевозглавлять партию «Гражданская платформа» на выборах в Думу. Не кажется ливам, что сначала власть специально ставит Фонд в затруднительное положение,чтобы потом вести переговоры с вами о вашем невмешательстве в предвыборнуюгонку на выборах мера Екатеринбурга? И вы отказываетесь от участия в этихвыборах. Это означает, что вы сдались? И та борьба с незаконными действиямиправоохранительных органов и власти была бессмысленной? А как же насчет нас -тех, кто всегда поддерживает Фонд?
- Послушайте, пока не было ни одногопрецедента, чтобы мы сдались. Просто не было такого прецедента, в природе несуществует. Дальше, с чего вдруг вы это решили? Вот Фонд, мы работаем каждыйдень, вокруг нас всегда что-то происходит. Нас ненавидят все продажные силовикии наркоторговцы. Нас ненавидят назначенцы, просто потому что мы есть. Ипоследний раз, когда я разговаривал с Прохоровым, я говорю: «Миша, как тысчитаешь, что им надо от нас?». Он говорит: «Чудак, им надо, чтобы вас небыло». Но мы есть.

- Евгений, вот вЕкатеринбурге появится отделение партии «Гражданская платформа» и вы возглавитеее список. Хотелось бы знать, будут ли создаваться отделения партии в мелкихгородах Свердловской области (Верхняя Пышма, Первоуральск и т.д.).
-
Во-первых, это не мелкие городаСвердловской области. Это самостоятельные, сильные, красивые города. Отделенияпартии создаваться будут, но я их не буду сам создавать. Вот вы если хотите,создавайте, будем работать, координировать усилия, будем помогать друг другу.Создавайте, если хотите. Мы свободные люди в свободной стране. Мне кажется, японятно объясняю.

- Баллотируйся напост мэра Екатеринбурга.
- Хотелось бы видеть вас в кандидатах в президенты.
-
О, как! А вы считает мне проблем недостаточно, да?

- Пассивность властив решении острых социальных вопросов, в том числе и распространение наркоты -результат лоббирования чьих-то интересов, бессилие власти или умышленноеистребление нации?
-
Объясняю. Вообще считается, чтоосновная составляющая незаконного оборота наркотиков - это коррупция. Ну, естьтакая составляющая, но я считаю, что есть более серьезная составляющая – это леньпатологическая, нежелание и неумение работать, а также равнодушие. Властьничего специально не делает, она просто не способна что-то делать специально.Лень, равнодушие, нежелание и неумение работать – это основная проблема. Ивместе с этим полное отсутствие политической воли, без которой никакой борьбы снаркотиками быть не может. А вообще торговля наркотиками существует при двухобстоятельствах: при попустительстве власти и при прямом покровительственаркоторговцем. Там, где власть и правоохранительные органы работают,наркотиками никто не торгует – это медицинский факт и аксиома.

- Здравствуйте.Насколько неэффективна государственная система борьбы с наркоманией и что бы выхотели в ней изменить?
-
Система реально неэффективна,существует только четыре государственных наркологических центров. Попыталисьсоздать здесь в Карпинске, губернатор попытался создать. Оно, конечно, не имеетникакого отношения к «Уралу без наркотиков». Создали несуществующую организациюи попытались под них завести этот центр в Карпинске, на самом деле этот центрбыл сделан на бюджетные деньги, он неэффективен, он в течение, наверное, ужевосьми месяцев своей работы ни разу не был заполнен даже наполовину, там небывало больше десяти человек. Реального там сейчас нет ни одного выпуска, онипопытались задекларировать, что четыре выпускника у них там за восемь месяцев.Это неправда! Идея провалилась! Они попытались лечить ароматерапией, тампоставили джакузи, теннисные столы, но оказывается, все это не работает. Всепрофессиональные наркологи понимали, что это работать не будет. Не будетработать государственная система реабилитации, пока не будет принятоднозначный, понятный закон о принудительном лечении, как это есть во всех странах.Просто в некоторых странах он впрямую декларируется как закон о принудительномлечении, а в некоторых странах сказано, что никто не имеет права лечитьнаркоманов насильно, но как только наркоман совершает преступление, его никтоне спрашивает, его лечат насильно. Есть американская практика наркосудов тамеще проще, если человек совершает какое-то преступление незначительно связанноес наркотиками, ему тут же предоставляется выбор: или он идет лечиться, или онидет в тюрьму. Но, как правило, выбирают лечиться, то есть это уже добровольно.  Эта система дает результаты, у нихполучается.

- Здравствуйте! Чтосделать, чтобы от вас отстали продажные менты и Женя Маленкин смог вернуться кжене и детям?
- Такой серьезный вопрос. Продажныементы от нас не отстанут, их не устраивает само существование Фонда. Здесь недолжно быть никаких иллюзий. Просто руками продажных ментов работает продажнаяпрокуратура, продажная власть, работают те, кто не хочет, чтобы Фонд вообщесуществовал. Мне очень приятно, что в этом дерьме не участвует госнаркоконтроль,просто приятно. Власть задирает глаза, показывает пальцем вверх, обозначая, что,вроде, как и не причем. Прокурорские тихо там сидят, а я знаю, какую онипроявляют активность, как они подпинывают этих, эти валят все на прокурорских,эти валят на следствие, следствие валит на прокурорских и на ментов. Тем неменее, мы стоим, мы работаем, но скажу вам одну вещь, если люди не дадутзакрыть Фонд, то Фонд никто не закроет. Фонд - это народная организация. Мы ниу кого не спрашивали разрешения, когда начинали, поэтому нас никто не можетзакрыть.
Что касается Жени Маленкина, поверьте, если бы на улицу вышло пятнадцать тысяччеловек, то власть бы это увидела. Но я вам скажу другое, Женя Маленкин – честный,искрений парень, его знали здесь все журналисты. Когда его публично оболгали иоклеветали, это было настолько заметно. Женьку знали все журналисты, он совсеми делился информацией, всем помогал, когда надо, со всеми дружил. И ни одинза него не заступился. Ни одному не хватило духу заступиться за оболганого иоклеветаного человека, хотя все понимали, что произошло. У меня нет никакихиллюзий относительно сегодняшней российской журналистики. Есть какие-тозвездочки, появляются, вспыхивают, но в целом дерьмо собачье, так чтобы всепо-честному было.

- Добрый день.Подскажите, до сих пор нет ответа на 100 000 подписей. И вы никак это некомментируете. Как-то узнаете их судьбу или ответит – ответит, не ответит - такне ответит?
-
У меня нет никаких иллюзий. И дляменя неответ на 105 000 подписей – это тоже своеобразный ответ. На самом деле як этому отношусь спокойно, стихийное бедствие и стихийное бедствие. Брежневапережили, ну и этих как-нибудь переживем. Президенты, премьеры – они приходят иуходят, а мы-то остаемся, это наша страна, нам здесь жить, в независимости оттого, кто премьер, кто президент. Я предпочитаю этого вообще не знать, нам всеравно здесь жить и работать.

- Почему вы никак непытаетесь законодательно влиять на наркотики и все, что с этим связано? Будетели вы активнее законодательно действовать после выборов совместно с «ГражданскойПлатформой»?
-
Я был депутатом Государственнойдумы, я работал в комиссии при Правительстве Российской федерации по борьбе снаркотиками. И я был единственный депутат Государственной думы, который был вэтой комиссии, где присутствовали все первые лица. Я внес ряд законов, малотого эти законы, сохранив практически все, что я внес, чуть-чуть былиотшлифованы, были внесены и приняты через несколько лет. В частности закон обужесточении санкций за торговлю наркотиками вплоть до пожизненного – это былизначально мой законопроект, который я вносил в 2005 или 2006 году, а принят онбыл в 2012. Закон об уголовной ответственности за продажу алкоголянесовершеннолетним я вносил в 2006 году, а принят он был в 2011. Я являюсьодним из авторов закона о профилактике наркомании, где впервые былосформулировано само понятие о профилактике наркомании, до этого момента былоочень здорово, то есть деньги выделялись огромные на профилактику, но никто неговорил, как за эти деньги отчитываться и что такое вообще профилактиканаркомании.
Для того чтобы вносить законы, надо быть субъектом законодательной инициативы.Законы могут вносить Заксобрания регионов, президент, Правительство, депутатыГосударственной думы и члены Совета федерации. Так вот, когда я был депутатомГосударственной думы, я законы вносил. Мало того я оставил ряд наработок,которыми пользуются до сих пор. То есть это то, в чем я разбираюсь. КогдаПрохоров мне предложил идти по федеральному списку «Правого дела» в 2011 году,я согласился ровно по той причине, что у меня есть ряд своих наработок и,будучи депутатом Государственной думы, я мог их провести. В настоящее времянекоторые депутаты приходят консультироваться, что делать и как делать, яподсказываю там, где могу подсказать.

- Я драматург.Начинаю проект «социальный театр против наркомании в школах». Пьеса будетрассчитана на подростковую аудиторию. По ней предполагается реализоватьпостановку спектакля, который будет показан в школах. Тема - подростки илегальные наркотики. Ищу информационной поддержки. С кем я могу связаться поэтой теме? Анна Батурина.
-
Анна, пожалуйста, послушайте меня,постановка подростки и легальные наркотики, она уже такая… Нет легальныхнаркотиков. Это слово применительно к наркотикам вообще нельзя употреблять. Яготов работать, делиться материалами, визуальным рядом, чтобы у вас появилосьпонимание и всеми моими наработками. Всегда найдете меня  - 8-902 87-00-201 или через Facebook, или через Журнал.

- Как заставить УВД иадминистрацию города Омска бороться с распространением курительных смесей ирекламой их на заборах и домах?
-
С их рекламой на заборах и домах выможете бороться сами, хотя бы просто для начала закрашивать. Можете простозвонить по этим адресам, списываться в аське и говорить все, что вы думаете –это тоже вариант. Кроме этого, вы можете долбить Администрацию города, отдел поблагоустройству, чтобы они моментально закрашивали эти надписи и ловили тех,кто их делает. Вы, жители города, способны это сделать. По каждому факту,который вам известен, если вы видите где-то торгуют стационарно, если вы видитегде-то раздают визитки, сразу же ставьте в известность правоохранительныеорганы, пишите официальные заявления, если нет реакции, пишите в прокуратуру,просто долбите. Договаривайтесь со СМИ, чтобы показывали то, что система неработает, заставляйте их работать, как только увидите, что начинают работать,начинайте им помогать. Лучше всего, если у вас есть какая-то инициативнаягруппа, приезжайте сюда, мы вам покажем и расскажем, объясним. Но вообще длявсех телефон – 8-953-0000-953 – там и всю информацию дадим и от вас информациюпримем, ну и поможем.

- Евгений, нам оченьнужна ваша помощь в Новосибирске. Не хватает людей, а очень не хватаетподдержки. Мы общими силами создадим в этом потерянном городе Фонд противнаркотиков. Понимаю, что один в поле воин, но…
-
Послушайте, Новосибирск – это ваш город, народа там очень много, если выхотите бороться и если вы соберетесь, мы вам поможем по-настоящему всеми своимиресурсами. Решите для себя и если вы соберетесь, приезжайте, мы расскажем все ибудем участвовать.

- ЗдравствуйтеЕвгений, когда будет открыто ваше представительство в Петербурге? У нас каждыйпятый человек в возрасте с 16 до 35 лет или наркоторговец либо связан сторговлей наркотиков. Система у нас в Питере совсем сгнила, все от следаков,оперов, ппсников и т.п. берут деньги или закрывают мелкого наркоторговца исажают за сбыт. А крупные остаются на свободе. Нужна ваша организация вСанкт-Петербурге в наркоманской столице России.
- Да, в Питере ситуация тяжелая, ядумаю это наиболее коррумпированный город в плане распространения наркотиков.То, с чем мы сталкивались, позволяет мне это говорить. Но если вы жители Питерасоберетесь работать, приезжайте, мы научим и подскажем. Поднимайте этот флаг иберите это на себя. Мы можем только помочь, а за вас мы это не сделаем. Есливас устраивает такая ситуация, тогда сядьте ровно на задницу и сидите и не тревожьте,а если вы собираетесь бороться, значит давайте, мы вам поможем. Но сделать этоможете только вы.

- Евгений, я всегда синтересом читаю ваши статьи, могу понять, как вы держитесь морально, но накакие деньги вы ведете эту деятельность, откуда они, кто эти люди помогающие вам?Я работал в УГНК, знаю там много честных и принципиальных людей, но чтобыбороться с этой заразой, нужны еще и серьезные средства.
- У нас работает всего несколькочеловек, мы работаем на свои собственные деньги. Когда уже совсем край, к намвсегда кто-нибудь приходит и помогает. Несколько дней назад, когда было непонятно, чем платить зарплату оперативникам, пришел человек, которого я не знаюи оставил 100 000 рублей. Мы заплатили зарплату и сейчас еще теплицы купим и заулей заплатим. Поэтому оно само вот так берется, если уж совсем край я могуобратиться к людям - мне всегда помогут, вот и все. А вообще, чтобы обратитьсяк людям, я сначала должен отдать свои собственные деньги, чтобы все былопо-честному.

- Повлияет ли вашадеятельность на соседние страны?
- На Таджикистан точно повлияет, наКиргизию точно повлияет. Они мониторят, следят, видят, как мы работаем. Насамом деле нас знают во всех странах и работу нашу знают во всех странах. Здесьочень много журналистов побывало, но никто же не знает, как слово отзовется,как работа отзовется, но то, что мы сумели поддушить реально поток наркотиковиз Таджикистана - это действительно так, мы принимали в этом непосредственноеучастие.

- Как вы относитесь кпрограмме «12 шагов», анонимных наркоманов, используете в реабилитации ее, еслинет, то почему?
-
Смотрите, программа «12 шагов»работает, но она индивидуальная, анонимные тоже работают – это тожеиндивидуально, но это на Западе, при западном сознании оно действует лучше,здесь немножечко другие реалии. Когда родители привозят в багажниках наполовинусгнивших, очень сложно объяснить, что такое «12 шагов». Мы эту программупонимаем, что-то оттуда используем, но в целом у нас другая система по принципуМакаренко. Первое и обязательное – человек должен быть вытащен из среды, этодолжно быть закрытое помещение, где нет доступа наркотикам, это раз. Аксиома – закрытоепомещение и отсутствие наркотиков. Только после этого можно начинать о чем-тоговорить, на самом деле мы всего-навсего отсекаем от наркотиков и даем шанс.Каждый день, проведенный без наркотиков, что-то к этому шансу добавляет, а всеостальное - психологи, наркологи, какой-то конструктивный понятный труд – этовсе уже составляющие.

- Уважаемый ЕвгенийВадимович! Каким Вы видите Фонд через лет 30, например, не перейдет ли он врежим милиции «видим, знаем, понимаем, ничего сделать не можем».
- Да нет, мы всегда заточены были иработали всегда на результат. Мы все пришли из бизнеса, у нас не стоит задачаотчетности, мы можем вообще ни перед кем не отчитываться, мы свободные люди, мыпросто жители города и наш Фонд - это восстание против наркоторговцев. Мыработаем на результат, мы не извлекаем никакой для себя пользы из деятельностиФонда, поэтому мы можем вообще не отчитываться. Поэтому если Фонд будет, онбудет такой, какой он есть. Мы за этим следим, мы все понимаем, где можно сойтис верной дороги, где можно пойти по кругу, мы эти опасности видим и понимаем.Наша задача, чтобы в нашем городе не торговали наркотиками, делаем всевозможное. Если мы увидим, что сделать ничего не можем, мы скажем: «Людидобрые, мы не можем ничего сделать». Но наша задача именно сделать, а недоложить или рассказать. В наши задачи не входит карьера, получение звездочек,пенсии, льготы, у нас этого нет ничего, даже зарплат нет. Если результат небудет достигнут, Фонда просто не будет. Если я увижу, что Фонд можетсуществовать без меня, в следующую же секунду я перейду в музей, мне есть чемзаняться. А вообще про 30 лет, это конечно сильно, но Фонду уже 14 лет. За эти14 лет сделано много – больше 5 500 успешных операций против наркоторговцев,сотни закрытых притонов, тысячи спасенных жизней – это все очень приятно. Насамом деле считают, что это восстание, сейчас мы победим и все закончиться, ни фигаподобного. С другой стороны поляна работы расширяется. Наша задача была, когдамы начинали, поселок удавить, мы его удавили, потом еще один и еще один, а тутцелый Таджикистан под боком ну и так далее. Сейчас пошел поток наркотиков изКитая, то есть работы хватит.

- Здравствуйте! Евгений,у меня к вам вопрос немного личного характера, уже на протяжении года мечтаюработать в Фонде, как мне этого добиться? Заранее спасибо за ответ, сам я из НижнегоТагила. Александр.
- Александр, у нас в Нижнем Тагилеработают несколько человек, там достаточно успешная работа. Вы приезжайте сюда,мы познакомимся с вами, посмотрим друг другу в глаза и начнете работать поТагилу, помогать. Но вы должны понимать, это тяжелая, нудная, ежедневнаяработа. Неизвестно кто вам будет платить за это деньги, скорее всего никто небудет, ну, я буду понемножку помогать. Вас будут мочить, шельмовать, трудностивозникнут, это опасно, поэтому сто раз подумайте, но если вы готовы приезжайтесюда, мы поговорим, и будем работать. Чтобы было понятно, здесь в Фонде всепришли работать с улицы, это просто неравнодушные, честные люди.

- Уважаемый Евгений,как по вашему мнению изменилась ли наркотическая обстановка в г. Н.Тагил запоследний год? Спасибо заранее! Я желаю вас видеть градоначальником Екатеринбурга.
- Обстановка изменилась, цыганепрячутся, героином торгуют значительно меньше. Многие в Салду едут за героином,но такой открытой торговли, как раньше была на Кушве, на Кировской, на Омской, ее нет. Никто не «гарцует», какСолдатенковы, Волковы, Панчуковы – они все поняли, такого больше нет. Неттакого, что омоновцы постоянно ныряют в этот поселок, ловят нарколыг, а потомцыганам обратно эти наркотики отдают. Нет такого, что на вокзале стоят таксисты,к которым подходят нарколыги, и они их тут же везут в цыганский поселок – этогонет. Но проблема другая, проблема – курительные смеси, то, что приходит изКитая. То, что на заборах написано – спайсы, соли, смеси, легалка, миксы.Кстати на всякий случай еще объясню, когда подростки это видят, они понимают,что написано на заборах и на стенах, а взрослые не понимают. Так вот теперьговорю для взрослых, если вы видите, что на заборе написано: «Спайсы, миксы,легалка и так далее, затем аська и номер телефона», знайте там написано: «Превращутвою дочь в грязную проститутку. Быстро» или «Сделаю из твоего сына вонючееживотное. Гарантирую». Это просто для взрослых, чтобы вы понимали, что тамнаписано.

- Сможете приехать вколледж с лекцией?
-
Да, смогу. Это оченьэнергозатратное занятие, но если соберут учащихся, студентов, я брошу все делаи приеду. Я считаю это своей основной работой.

- Каковаэффективность методики, применяемой в реабилитационных центрах «Города безнаркотиков» (если можно, в цифрах: сколько человек прошло, сколько срывов,сколько остаются в длительной ремиссии)? Вас просто критикуют за низкуюэффективность лечения.
-
Объясняю человеку, которыйперечислил все эти параметры. Если нарколог работает и у него в течение года 20человек, он их способен отслеживать. Они ходят к нему на прием и так далее.Здесь этого нет, здесь проходят тысячи и никто их не сможет отслеживать.Отслеживают только проблемных, успешные отходят в сторону и не появляютсябольше никогда – это я вам объясняю механизм, который я наблюдаю 14 лет.
Все успешные уходят, исчезают из круга сразу же после реабилитации, ты ихможешь встретить потом в аэропорту, в ресторане, в спортзале, они подойдутаккуратно обозначаться, напомнят о себе, руку пожмут, но не более того. Апроблемные они все перед глазами. Еще раз вам скажу, статистики нет ни у кого.Если вам кто-то скажет, что у него есть статистика, то это прямая ложь. Дальше,некоторые умники говорят, пусть все выйдут и скажут, кого вы вылечили. Объясняю,как это выглядит. Вот вы человека вылечили от сифилиса или гонореи, а потом говоритеему выйди-ка, скажи, что я тебя вылечил от сифилиса и гонореи. Что он тебеответит? Так вот здесь тоже самое, только еще более для многих позорно. Дальше,что я могу сказать и показать, в понедельник или в пятницу в Фонде людисобираются на оперативку, бывает до 30 человек – это люди, которые неупотребляют наркотики, многие уже по 10-12 лет. Затем можно поехать пореабилитационным центрам, до какого-то момента по 300 человек можно былоувидеть в реабилитационных центрах Фонда «Город без наркотиков» - этогарантированно люди, которые не принимали наркотики в течение года. Сейчасменьше, сейчас около 100 человек, но это я могу показать сразу послеоперативки. Если я сяду на телефон, в течение дня или двух, я могу собратьчеловек 500 бывших реабилитантов, которые все-таки соберутся и придут. Назовитемне хоть одного человека в России, который покажет больше, хоть одного.
Объясняю дальше, у нас до сих пор не колются все первые выпуски. Я человек свысшим образованием, исследователь, я постоянно веду анкетирование и я знаютерминологию и могу на ней разговаривать, но это будет спекуляция, поэтому давайтея буду говорить своими словами, врачи могут сморщиться, носик покривить и такдалее. Но когда что-то касается наркоманов, они все бегут и обращаются к нам иговорят: «Парни, спасите и помогите».
Так вот, я вам расскажу, когда у нас прошли обыски последние, здесь все былоразбросано, мы с Серегой Щипачевым нашли фотографии на полу и стали ихразбирать. Вдруг выяснили, что это фотографии декабря 1999 года. Мы по этимфотографиям, когда открывали реабилитационный центр на Изоплите, установили 25человек. В течение недели из 25 человек нашли 22, которые не колются, у них на22 человека родилось за это время 38 детей. Когда мы это все нашли, собрали этихлюдей на Изоплите и в этот же день полицаи обнародовали совершенно лживуюинформацию, как им это свойственно, о том, что в реабилитационном центре наИзоплите один наркоман разбил другому лицо. Я у себя написал, что мы из 25человек, которые у нас были в декабре 1999 года, 22 нашли, которые не колются.Вот информация, которую выдаю я, она такого мирового значения , это оченьсерьезно, это любой профессионал скажет, за этим стоят судьбы поломанные,трагедии шекспировские, чудесные спасения людей - это невероятно. Но все СМИвзяли информацию о том, что один наркоман набил другому рожу. Нормально, да?Поэтому, когда мне кто-то говорит что-то, обвиняет - что меня обвинять-то? Ты приезжай,да посмотри своими глазами. Вот приехал Бильжо, но он профессионал, он кандидатнаук, он практикующий нарколог, психиатр, ему интересно, он приехал, посмотрелсвоими глазами и сказал свое мнение. К этому мнению я отношусь с уважением,прислушиваюсь. А дилетанты, которые где-то что-то голосят, ну голосят иголосят. Шакалы воют - караван идет. Мы работает четырнадцатый год, мы спаслитысячи людей, у нас нет карточек и еще чего-то, но у нас есть эти люди, которыхмы спасли и которых мы способны всегда показать. Когда начинают говорить: «Вот,методы Фонда», ну расскажите тогда мне про методы Фонда. Расскажите, чтобы этоне было ложью. Что вы можете мне рассказать про методы Фонда? Про наручники? Унас были наручники, но у нас в те времена бросало народу колоться гораздобольше. Ну, а как вы хотите без наручников? Там было одновременно до 150 человек,они брали заложников, они пытались убивать друг друга. У нарколога в кабинетеэтого нет, потому что у него там один человек. У нас 150 человек в одном месте,так было, потому что приходило по 30, 40 ,50 человек, рыдали, падали на колени,просили «Спасите!». Если б не мы, никто за это просто не брался, мы работали втаких условиях, когда начинали выть защитники, которые абстрактные гуманисты,которые любят быть добрыми за чужой счет. Они говорили: «Вы наркомановнаручниками приковываете!». Мы не приковываем, а пристегиваем. Мы это делаемтак - мы спасаем, расскажите, как это делаете вы и вдруг выяснялось, что они никак не делают. Кому-то попиздеть, а кому-то работать надо.

- Считаете ливы, что избавление от зависимости возможно без желания, мотивации на это самогозависимого?
-
Да, я считаю, что избавлениеот зависимости возможно без всякой мотивации и без всякого желания, потому чтоиз 1000 человек желание избавиться есть человек у 10. А с остальными 990 чтоделать? Плюнуть и сказать «Сдохните!»? Вот, когда человек попадает на карантин,когда он какое-то время находится без наркотиков, у него появляется шанс икаждый день, проведенный без наркотиков, прибавляет что-то к этому шансу и вкакой-то момент включается голова, в какой-то момент разум яснеет и уже тогдапоявляется желание, потому что есть с чем сравнить. Кто-то убегает, срывается,кто-то остается, цепляется за свой шанс. Вот и все. Все очень просто.Теоретиков до хрена, а практики все понимают, о чем говорят.

- Продолжаетли Фонд сотрудничать с органами (была информация, кажется, что МВД не хочет свами обмениваться данными)?
-
Нормально совершено МВДобменивается данными, нормально принимает информацию. Работать на местах нехотят, приходится заставлять, распинывать, через прокуратуру уговаривать, ауговаривать очень сложно. Их собственный президент не может уговорить работать.Все равно в органах есть порядочные люди. Но не питайте иллюзий, знайте,система сгнила, но внутри системы все-таки есть порядочные люди, на которыхможно опираться в работе, поэтому работаем и получается. Но порядочные люди ,они все друг друга знают, друг другу помогают.

- Что, на ваш взгляд, мешает полиции эффективнобороться с наркотрафиком (почему этим занимается негосударственная организация)?
- Что мешает полиции? Полициимешает политизированность. Должна быть независимость от исполнительной власти.Прислушиваться надо, но нельзя зависеть, потому что исполнительная властьначинает правоохранительные органы использовать в решении своих задач зачастуюмелких, корыстных, подлых. Полиция должна быть независима, полиция должнаделать свое дело. Основная проблема – это политизированность , плюс нежелание инеумение работать. И, конечно, совершенно жуткая кадровая политика, когдасистема выдавливает всех честных и достойных, активных и способных работать.Система мельчает, остается неработь, которая может приспособиться к желаниямначальства - это мое личное мнение. Я в этом разбираюсь и я это вижу.

- Евгений,употребляли ли вы наркотики в прошлом?
- Нет, не употреблял, я дажене пью и не курю, никогда не курил.

- Здравствуйте,Евгений! В Екатеринбурге вы проводите различного рода выставки и лекции.Возможно ли проведение подобных мероприятий в Нижнем Тагиле? Считаю, что многимтагильчанам это будет интересно.
-
Я думаю, что мне имело бы смысл вТагиле сделать большую выставку по невьянской иконе, тем более что Тагил,пожалуй, родина невьянского иконописания, то есть много настоящих невьянскихиконописцев жили в Тагиле и работали в Тагиле. И, конечно, я бы с удовольствиемпрочитал лекцию.

- Здравствуйте!Почему в Нижнем Тагиле мы не можем найти ваших книг? Где их можно купить?Будете ли вы в дальнейшем издавать новые книги?
-
Я надеюсь, у меня получитсяиздавать новые книги, ведь я все-таки пишу. Книги есть  здесь, в музее невьянской иконы. В последнихкнигах стихи, невыдуманные рассказы. «Город без наркотиков» кончилась давно, «Силав правде» тоже кончилась. Я не занимаюсь продажей книг, мне некогда.

- Что творится вокругуралмашевского парка? Народонаселение возмущается. Есть ли перспективы?
- Есть, если уралмашевцы выйдут насубботник, почистят свой уралмашевский парк. Я не знаю, о каком парке выговорите. Если о парке Победы, то это одно, если вы говорите о парке, который вдетстве у нас назывался «Огородом» или парк, который на Машиностроителей, тоэто другое. В любом случае все зависит от жителей и местных депутатов. Дойдетдо дела, я тоже приму участие и постараюсь как-то повлиять на ситуацию. В паркене определились с хозяином, инвесторы все уходят, потому что им создаюткакие-то дикие условия. Эта территория их интересует как территория подзастройку, что, на мой взгляд, неприемлемо. Торговых центров много, а зелени вгороде нет, я считаю, что за все зеленые насаждения надо бороться.
Что касается парка Победы, там просто надо собраться и навести порядок. Тамвокруг помойка, есть люди, которые родились и выросли, уралмашевцы отстаиваютэтот парк, есть люди, которые хотят купить его под застройку. Надо смотреть наситуацию, заводить депутатов городской думы и поднимать этот вопрос.

- Евгений, скажите, аювелирный бизнес настолько налажен, что не требует внимания или вы успеваете ещеи им заниматься?
- Добрый день, Евгений. Как вы стали успешным бизнесменом? Нашли свою золотуюжилу?
-
Мы этот бизнес создавали с нуля, мыработали еще при советской власти, когда это было нельзя. Про этот бизнес мызнаем все, у нас достаточно мощно выстроенная система. Но, когда мы сталидушить цыганский поселок - лишать правоохранительные органы местные, тогда ещеКрасников  был начальником, куска хлеба,они решили ударить по бизнесу, мне, чтобы не подставлять компаньонов, пришлось отойтив сторону. Я участия в бизнесе не принимаю, к сожалению.

- Евгений, во скольковы просыпаетесь и ложитесь спать?
-
Я просыпаюсь тогда, когда надо, аложусь, кстати, очень поздно. Потому  ямного успеваю, но для меня нет проблем рано встать, поздно лечь.

- Скажите,пожалуйста, а вы строгий папа?
-
Я не строгий папа. Я никогда своюдочь не ругал, не шлепал. Она у меня добрая, послушная, то есть нормально все. Ну,и вообще я считаю, что детей бить нельзя.

- Евгений,зачем вам кандидатская?
-
Даже особо и незачем. Как вам сказать? Такполучилось, что у меня собрано большое количество информации, очень многознаний и мне их надо как-то легализовать, задекларировать, я думаю, что врамках кандидатской это было бы объективно и оптимально, но вполне возможно,что я просто сделаю это в книгах. Я сейчас закончил еще одну книгу по ранним невьянскимиконам, потом по периодам пойду, и будет большая книга о невьянской иконе. В принципенезачем, но может быть пригодится.

- Знакомы ли вы сБиковым и Бобровым? Ваше к ним отношение?
-
Ну, Артем Биков поприличнее, Бобровконченый падонок и предатель – мое отношение к нему именно такое. Я когда-тоего знал. Не хочу даже говорить об этом.

- Как вернуть Хоспис?
-
Хоспис – это был сильный народный проект.Мы сумели при помощи Аксаны Пановой зайти к губернатору, тогда еще был Мишарин,он дал добро, и мы этот хоспис начали строить, выделялись деньги, где нехватало, там помогал Слава Брозовский, я, люди помогали. Пришел новыйгубернатор Куйвашев и при помощи своих холуев Ананьева и Багарякова, он простоубил этот Хоспис, не дал его нормально сделать, они посчитали, что это чей-то PR-проект, поэтому реально у нас Хосписа нет, онсейчас  называется Отделение паллиативнойпомощи, но реально он не работает. У нас огромное количество онкобольных,которые умирают дома в страшных мучениях, на которых замкнута вся семья, этоочень тяжелая и неприятная ситуация. Другие люди пришли во власть, у них другиеприоритеты - Чемпионат мира, EXPO 2020, что имдо людей? Попробуем как-то частным образом справиться. Проблема в том, что Хосписчастным быть не может, но Хоспис и государственным быть не может. Хоспис – эточастно-государственное партнерство. Я не понимаю, как с этими людьми работать.Во власть пришли очень мелкие и непонятные люди, с кучей своих корыстных,карьерных целей. Они не собираются здесь жить, они здесь не родились, невыросли. Я пока не знаю что делать, но что-то делать будем, как-то сопротивляться.

- Почему вы опятьиграете по их правилам - ведь это потеря времени? У вас есть машина времени,запасная жизнь? Зачем вы играете в «дерьмократию» по правилам чиновников отправительства? Все равно на вопрос не получу ответа, так... для очистки совести.Денис Александрович.
- Денис Александрович, я объясняю вамодну простую вещь - есть эта власть, другой власти у меня нет и для того, чтобычто-то сделать, я буду контактировать с этой властью. Менять власть я не буду,потому что у меня одна жизнь и у меня нет времени. Я буду контактировать с этойвластью, пока я не увижу там окончательных людоедов.
Я вынужден контактировать с этой полицией - у меня нет для нас другой полиции.То есть мы имеем то, что мы имеем. И живем мы в этих условиях,  я понимаю, как оно должно быть, но оно естьтак, как оно есть. Мы действуем от конкретно сложившейся ситуации. Я не могуизменить систему, я понимаю свои возможности. Главное не уподобляться, неучаствовать в гнусностях, которые, на мой взгляд, творит система и оставлять засобой право говорить то, что считаешь нужным и делать то, что необходимо. Вот,в общем-то, вся позиция.

- Евгений,здравствуйте. Сейчас идет настоящая война против Фонда, против независимых СМИ,против общественных и политических активистов (тот же Навальный и дело 6 мая). Что,на ваш взгляд, должно произойти в стране, чтобы это все закончилось?
- Я думаю, набирается какая-токритическая масса, чтобы оттолкнуться, надо достигнуть дна. Мы сейчас 100вариантов насчитаем, а произойдет 101-ый. Я приблизительно понимаю, что можетпроизойти в стране и  что произойдет.Увидим. Все равно надо стоять на своем до конца, то есть сохранять мужество,стойкость, делать то, что ты считаешь нужным, вести себя честно. Если ты неможешь изменить систему, ты можешь, хотя бы не участвовать.

- Евгений, почемуполицейские постоянно врут? Врут по делу Фонда. Врут по делу Пановой. Врут поделу Навального. Врут по численности оппозиционных митингов. Врут, что успешно борютсяс наркоторговлей. Врут, что успешно борются с коррупцией в своих рядах?
- Да, есть такой факт - полицейские всевремя врут. Я с этим сталкивался сам. Но врут не только они, врет власть, вретсистема. Но ложь – это неотъемлемая часть официальной пропаганды - это надопонимать, надо иметь свое мнение, пытаться разобраться в вопросе, уметьотстаивать свое мнение, но они действительно все время врут. Хотя с другойстороны к ним ведь и отношение соответствующее. Люди, которые хотят, чтобы ихуважали, чтобы к ним относились как к равному, чтобы их признавали, такие людине врут.

- Уважаемый Евгений.Я слушала ваше интервью на «Эхо Москвы», где вы рассказывали о принятии важныхрешений.
У меня похожая ситуация. Мне предлагают принять более выгодное предложение,которое для меня со всех сторон более интересно, но которое неприятно мне имоим родным по сути, и которое заставляет отказываться от своих идей иубеждений. Я не хочу это делать, а после прослушивания вашего эфира еще болееубедилась в этом. Скажите, пожалуйста, чем вы руководствуетесь при принятиирешений? Где находите силу воли, чтобы остаться при своем мнении, когда егоизменение может сулить вам выгоду? Марьяна Наумова - чемпионка мира в жиме лежа.
Милая Марьяна, ты самостоятельный,состоявшийся человек, ты можешь себе позволить оставаться самим собой, и я какстарший скажу тебе - это самая большая роскошь для человека. Нет ничего дорожесвободы и имени, поэтому действуй сообразно установке.

- Евгений, вы длямногих людей являетесь примером. А есть ли люди, на которых вы равняетесь?
- Конечно, есть. Есть люди, к которымя отношусь с большим уважением, есть известные люди, чье мнение для менянебезразлично. Это мои старшие товарищи, такие как Михаил Веллер, знаменитыйакадемик Герольд Иванович Вздорнов – крупнейший специалист по истории ДревнейРуси и многие-многие другие.
А завидую я на самом деле только одному человеку, я об этом говорил, это знаменитыйШаварш Карапетян – многократный чемпион мира по подводному плаванию. Эточеловек, который в свое время, тренируясь на водохранилище в Армении, бегалкросс, хотел еще один круг пробежать, но увидел, как с дамбы сорвалсятроллейбус полный народа, упал в воду и ушел на глубину, и представьте себе,это единственный человек в мире, который мог их спасти этих людей и этотединственный человек в мире оказался в ту самую секунду в том самом месте. И ондействительно их спас и вот скажите, как такому человеку не завидовать? У него,кстати, недавно день рождения был, я хочу пожелать ему доброго здоровья идолгих лет жизни.

- Здравствуйте,Евгений Вадимович! Вы вдохновляете многих своим неравнодушием. Дайте совет, какбороться с тем, что всем безразлично происходящее вокруг? Как вам удается бытьЧеловеком, когда все вокруг живут по принципу «моя хата с краю»?
-
Это не так, потому что неравнодушныхлюдей много. Просто у людей идет огромный поток информации, он сбивает с ног, илюди стараются где-то увернуться, где-то оградиться, где-то лишний раз неподдаться на эту информацию. Не думайте и не отвечайте за других, отвечайте засебя. Вы не будьте равнодушными, я не буду равнодушным, еще кто-то не будет ипо миллиметру – по миллиметру оно построится. На самом деле в большинстве своемлюди хорошие и порядочные.

- Как у тебя силхватает на все это?
- Нормально, хватает сил. А чтотакого? Войны нет, стрельбы нет, голода нет - ничего страшного не происходит. Выстоим,справимся. У нас свои проблемы – дело по Женьке Маленкину, дело по АксанеПановой - вот здесь как-то надо стоять. Игоря Шабалина вытащить из тюрьмы,потому что он сидит вообще не за что. Но как-то справимся.

- Евгений Вадимович,сразу хочу сказать вам огромное спасибо за то, что вы есть и ведете своюборьбу, стоите за народ и не опускаете руки! Для меня лично, вы являетесьчеловеком, на которого я ровняюсь и беру пример! А вопрос простой, как высчитаете, почему 90% народа молчит, не хочет слышать и видеть, что происходит уних перед носом, изменить жизнь свою и будущее своих детей? И второй вопросриторический, когда начнут отстреливать продажных слуг народа и оборотней впогонах?
- Активных на самом деле не такмного, люди запуганы, люди придавлены еще со времен советской власти и современ крепостного права. Надо забыть само это определение, когда человекговорит: «Что я туда полезу? Я маленький человек». Запомните, ты - не маленькийчеловек, ты - гражданин великой страны, ты - представитель великого народа.Какой же ты маленький человек? Все зависит от тебя самого.

- Евгений, скажите,при каких обстоятельствах вы бы согласились вступить в партию «Единая Россия».Существует ли такая вероятность чисто гипотетически?
- Нет. Сейчас уже все. Мне былипредложения от «Единой России», были очень лестные предложения. Мнегарантировалось прохождение в Государственную думу и многое другое. Но все это предложенияопоздали, для того, чтобы вступить в «Единую Россию» в 2007 году, мне надо былосовершить предательство. Для меня это было не приемлемо и сейчас это для меняне приемлемо. Никаких даже переговоров не может быть на эту тему. Я вижу, чтопроисходит, и я не хочу в этом участвовать. Я не буду в этом участвовать ни прикаких обстоятельствах.