«Они растут в закрытом пространстве, не имея возможности узнавать мир». Педагог, священник, психолог и общественница рассказали, как дети становятся заложниками авторитарных родителей-сектантов

«Они растут в закрытом пространстве, не имея возможности узнавать мир». Педагог, священник, психолог и общественница рассказали, как дети становятся заложниками авторитарных родителей-сектантов

Почти месяц в свердловских СМИ и пабликах обсуждается история семьи из посёлка Анатольская под Нижним Тагилом, где инспекторам ПДН пришлось силой забрать трёх детей у родителей. Следящие за ситуацией пользователи соцсетей разделились на два лагеря: одни считают, что отец семейства Алексей (имя изменено. — Прим. ред.) правильно воспитывал детей, не пуская их в школы и больницы, а другие возмущены подобным асоциальным образом жизни мужчины.       

Алексей проповедует древние славянские традиции, родноверие, его дети никогда не стояли на учёте в медицинских и образовательных учреждениях. По мнению экспертов, нередко подростки становятся заложниками родителей, которые навязывают им не совсем светское воспитание. При этом сами родители могут считать, что всё делают правильно и что дети в семье счастливы. Мы решили узнать мнение специалистов о том, чем чревато подобное воспитание для детской психики.  


Выдержка из заключения психолога, работающего с детьми Алексея

«Секты, общины, конечно, влияют на детей, поскольку это закрытое пространство и у детей мало возможностей узнавать мир. А общины — это ограничение, то есть ребёнок лишён полноценной жизни. Конечно, если детей любят и заботятся о них, если у них счастливое детство, то они вырастут и сами сделают выбор. Но опасность в том, что должны быть плановые медицинские осмотры, поскольку у детей могут быть врождённые проблемы, а родитель этого сам узнать не сможет без обследования. Домашнее обучение возможно, если обучение полноценное. Дети хотя бы раз в год обязаны проходить тестирование», — говорит детский психолог Наталья Саканцева.

Все специалисты сошлись в одном — ребёнок должен контактировать с другими детьми,  заводить друзей. Если он ограничен в полноценном образовании, то процесс социализации нарушается.

«Социализация направлена на то, чтобы ребёнок умел правильно общаться, делать выбор. Его нужно научить правильно мыслить, развить индивидуальные качества, развить дедукцию, умение приходить к компромиссу. В школе работают психологи, социальные работники. В школе дети не только получают знания, они учатся коммуницировать. И если ребёнок находится на домашнем обучении, то родитель должен уметь все эти пласты закрывать. Права ребёнка должны соблюдаться в полной мере, и надзор должен быть. От многообразия общения формируется личность. А чем уже круг, тем меньше ребёнок увидит и получит», — говорит педагог Дмитрий Шморгунов. 

 Духовник православной гимназии на ГГМ Алексей Бессонов признаётся, что про секты и общины родноверов наслышан. При этом он считает, что многие люди, относящие себя к этому религиозному движению, на самом деле просто интересуются славянской культурой. 

«Церковь никогда не выступала за то, чтобы у родителей отбирали детей, она за то, чтобы велись с родителями беседы. В этой семье, скорее всего, присутствует асоциальность. Есть опасные вещи в родноверии, но я не думаю, что этот человек подобным занимается. Люди из этих общин испытывают ненависть к христианству. При этом надо понимать, что есть люди, которые просто любят наряжаться в русские народные одежды, им нравится определённая эпоха, они этим живут. А есть люди, которые в это уходят с головой и свято верят в старославянских богов», — говорит священник Алексей Бессонов.

Авторитарные родители достаточно умело манипулируют своими детьми. Они на корню пресекают малейшее проявление собственного мнения у подростков. Нередко запугивают, избивают детей за провинности, заставляют работать.

«Семья живёт в деревне, а все службы находятся в городе, специалисты без транспорта. Как можно контролировать такие семьи? На расстоянии сделать это невозможно. Педиатры, школа куда смотрят? У нас ведь как: пока в СМИ не выйдет материал, ни один орган и не среагирует. Ужасно, конечно, что приходится такие истории обсуждать. Я надеюсь, что у деток всё будет хорошо, что с ними будут работать психологи, неврологи. Только благодаря помощи специалистов у них будет шанс стать хорошими людьми. Но, скорее всего, после 18-летия они вернутся в эти же стены, к этим же родителям, ещё без образования и финансовой стабильности», — рассуждает представитель Нижнетагильского городского родительского комитета Анна Межова.

Добавим, что сейчас две дочери и сын Алексея находятся в специализированном учреждении, где с ними работают психологи. Надзорные органы проводят обследование жилищно-бытовых условий, в которых жили дети. А их отец в социальных сетях собирает деньги на услуги адвоката.