Новорождённый скончался в перинатальном центре Нижнего Тагила. Родители убеждены в халатности медиков

Новорождённый скончался в перинатальном центре Нижнего Тагила. Родители убеждены в халатности медиков

Неделю назад семья Назаровых готовилась к выписке и заботе о долгожданном первенце, сегодня вместо этого – походы в прокуратуру и поездки на кладбище.

Екатерине 26 лет, она готовилась впервые стать мамой. Павлу – 27, он очень ждал своего наследника. Пара планировала появление малыша: сдавали анализы, берегли своё здоровье. Приданое, конверты на выписку, игрушки и развивающий коврик «на вырост» – квартира была готова к приезду нового члена семьи задолго до его рождения. Мальчик появился на свет 23 марта.

«В 17:25 у нас родился сын. Катя родила сама, без хирургического вмешательства, ей лишь сделали прокол, чтобы отошли воды. Вес нашего сына 4250 грамм, рост 54 сантиметра. Ему было поставлено 8 баллов из 9 по шкале Апгар (состояние детей, которые набирают результат от 7 до 10 баллов, считается хорошим или превосходным, и им не требуется специального ухода – прим. ред.)»,  рассказывает Павел Назаров.

Малыша сразу отдали маме. Два дня они провели вместе в одной палате. Не могли друг на друга насмотреться, делилась с родными Екатерина. Выбрали красивое славянское имя – Ярослав. Оба чувствовали себя хорошо. Медики проводили стандартную диагностику, ставили прививки. Вечером 25 марта у ребёнка поднялась температура до 39 градусов. Медперсонал, по словам Екатерины, несколько раз за ночь обтирал ребёнка спиртом, ставили капельницу. Лучше не становилось.

«Утром его перевели в реанимацию, делали все анализы, но не могли выявить диагноз, – говорит Павел. – Диагноз поставили только после смерти. Прописали мощный курс антибиотиков. Инфекция не реагировала на антибиотики, подключили к искусственной вентиляции лёгких. Мама ходила к нему каждые 2-3 часа, сцеживалась, носила ему своё молочко, чтобы он поправлялся, но ребёнку становилось всё хуже и хуже. Свои действия врачи описывали Кате минимально.
Утром, 26 числа, на что врачи не обратили внимания, у него появилась сыпь, это как раз-таки первый признак стафилококка. Когда происходит заражение стафилококком, то повышается температура и появляется сыпь. Потом началась чехарда. То давление высокое, то высокий пульс, то температура, то почки не справлялись…»

Последний раз Екатерина видела своего ребёнка живым 30 марта. В три часа дня она пришла к нему в реанимацию.

«Катя увидела, что он сам носиком дышит, там катетеры, трубочки в желудок, в лёгкие, везде… но он всё-таки живой. И через час с небольшим, в 16:20, врачи констатировали смерть…», – рассказывает отец.

Родители забрали тело Ярослава спустя два дня, первого апреля. И получили свидетельство о смерти, в котором названа причина: «сепсис новорождённого, обусловленный стафилококками другими и неуточнёнными».
Для справки: сепсис новорожденных – это тяжелая инфекция, вызываемая бактериями (в данном случае стафилококком), которая развивается в кровеносном русле и распространяется по всему организму. Одна из основных причин смерти новорождённых. Стафилококковая инфекция у новорождённых входит в четверку лидеров по частоте вызываемой внутрибольничной инфекции.

«Сразу после смерти маме начали говорить, что всё-таки и воды были не такими уж чистыми, как им казалось раньше, и с иммунной системой, может, были проблемы, – поясняет Павел Назаров. – Екатерина не курила и не пила, мы прошли все обследования, сдавали все анализы, все врачи говорили: "Всё прекрасно!". Они пытаются откреститься! На мой взгляд, произошло заражение во время перерезания пуповины, некачественно обработанными приборами, нестерильными. Без какого-либо диагноза они начали вливать в ребёнка антибиотики! А заболевание только усиливалось. Там уже наблюдался и отёк легких… То есть своими действиями распространили инфекцию по всему организму. Утверждали, что ведут связь с реанимацией в Екатеринбурге, с нашей второй городской больницей, но на деле результатов никаких».

Сразу после похорон сына Павел отправился в прокуратуру. Говорит, заставил себя, хотя хотелось быть рядом с женой. Ей сейчас тяжелее всех, пережить боль утраты у неё пока не получается.

«Заявление папы погибшего ребёнка приняли, я передал его в Следственный комитет для проведения доследственной проверки. По её результатам будет принято решение либо о возбуждении уголовного дела, либо об отказе в возбуждении», – рассказал нашему агентству прокурор Ленинского района Сергей Гармаш.

По оценкам юристов, перспективы у этого дела хорошие, сейчас родителям необходимо запастись терпением. Как раз его-то очень мало: Павел на днях пытался поговорить с медиками перинатального центра, посмотреть в глаза и разобраться в том, что сводит с ума всех родных – почему его сына не смогли спасти?

«Всё на эмоциях было, прежде всего. Обратился к нам дежурный врач-реаниматолог. Я был очень сильно поражён, потому что не должен быть такой человек врачом, потому что он должен рассуждать и принимать какие-то острые решения. А он матерился, заикался и ничего конкретного сказать не смог – что они делали, что предпринимали, из-за чего это всё произошло».

На эти вопросы скоро должны найти ответы в Министерстве здравоохранения. По данным начальника территориального отдела по Горнозаводскому управленческому округу Анатолия Малахова, для проверки подготовлена вся необходимая документация.

«Все документы находятся уже в областной детской больнице, сейчас анализируются. И в ближайшее время Министерством здравоохранения будет назначена дата комиссии, в которой примут участие специалисты, так или иначе имеющие отношение к этому факту: из перинатального центра, из женской консультации», –пояснил Анатолий Малахов.

Сына уже не вернуть, но разобраться в этом сейчас – дело принципа для Павла и всей семьи. Если заразили одного ребёнка, уверен он, могут пострадать и другие дети.

«Слухи о том, что роддом построен на кладбище, и поэтому там вечный стафилококк, мы знали. Сначала хотели рожать в 4-й городской больнице, но она находится на реконструкции. Понадеялись, что перинатальный центр – это полностью новая больница, и думали, раз такие средства в неё вложены, новые технологии, да и у нас никаких не было опасений, противопоказаний, всё замечательно было, ничего не предвещало беды», – говорит Павел Назаров.

Начальник территориального отдела здравоохранения по ГЗО Анатолий Малахов парирует:

«Построенная на костях больница и вечный стафилококк – это не более, чем народные легенды. Если вспомнить 80-е годы, когда мы в сутки выявляли стафилококк у 30 человек - и у мам, и у детей. Сейчас это исключительные случаи. За два-три года один случай. Такого не было много лет».

Малыша похоронили на Рогожинском кладбище. Екатерину родные одну не оставляют ни на минуту. Когда-то боль должна хоть немного утихнуть. Но начать новую жизнь, не разобравшись с прошлым, с трагедией, невозможно. 

«Мне не хочется быть только эгоистом, докопаться, в чём вина гибели ребёнка – крепкого, здорового, долгожданного. Но прежде хотелось бы, чтобы наши врачи были впредь внимательнее, от них зависит жизнь не только ребёнка, но и родителей, и целой семьи», - говорит Павел Назаров.

Агентство новостей «Между строк»