Изолированные в Тагиле. Хозяйка ювелирного салона — о влиянии Instagram на покупки, деревенской жизни и о том, почему нельзя допустить падения на колени

Изолированные в Тагиле. Хозяйка ювелирного салона — о влиянии Instagram на покупки, деревенской жизни и о том, почему нельзя допустить падения на колени

В апреле ювелиры всей России объединились и добились включения их отрасли в перечень наиболее пострадавших в результате распространения коронавирусной инфекции и введения режима самоизоляции. Последствия пандемии привели к падению спроса на украшения на 90%. Женщины при этом лишились одного из своих главных антидепрессантов. Журналист АН «Между строк» побеседовал с директором крупнейшего ювелирного салона в Нижнем Тагиле Светланой Мироновой. Она рассказала историю открытия магазина «Ю-лайн» во втором по величине городе Свердловской области, а также о влиянии Instagram на покупки и о том, почему сейчас ни в коем случае нельзя допустить падения на колени.

Тагил это не страшно

Мы открылись в Нижнем Тагиле в 1998 году. Мне тогда был 21 год, я работала товароведом в Екатеринбурге. Руководство компании собрало нас и спросило: «Девочки, у кого есть желание попробовать себя в роли директора?» И я, как в том самом фильме («Операция Ы и другие приключения Шурика»), говорю: «Я!» Мне, как приезжей, без разницы было где жить — в Екатеринбурге или Нижнем Тагиле. Но первое время было, конечно, нелегко, даже слёзы были. Потому что в городе знакомых нет абсолютно никаких, а в Екатеринбурге я всё-таки вела активный образ жизни: в большой теннис играла, на озёра ездила с друзьями. А потом бац — и всё это прекратилось. Со временем приспособилась к новому городу, набрала в салон местных девчонок и работала, работала, работала. Мне предлагали вернуться, но я отказалась. Как я могла сдаться, я же закалённая!

Изначально нам поставляли товар из Екатеринбурга, централизованно. Потом такая система стала уже неактуальной. Потому что мы, директора магазинов, ежегодно ездили на международные выставки в Москву и сами на свой вкус выбирали поставщиков, договаривались с ними. Это происходило до последнего сентября, пока не было коронавируса. Выискивали изделия, которых нет у других, чтобы удивить и порадовать своих клиентов. Наш магазин с самого основания был чуть выше уровнем, чем все остальные в городе, поэтому мы всегда старались и стараемся показать что-то особенное. Я лично со всеми поставщиками, мастерами на связи, общаюсь. Убеждаю в том, что Тагил — это не страшно. Сейчас у нас более ста поставщиков. Есть среди них и те, кто изготавливает брендовые, эрмитажные вещи, которых даже в Екатеринбурге ни у кого нет. Как-то мы привозили в Нижний Тагил ювелирные украшения из палладия, изготовленные по эскизам мэтра отечественной моды Славы Зайцева. Целый зал отдавали под выставку «Золото Бразилии».

Хотим, чтобы тагильских мастеров знали не только в городе, но и за его пределами

Мы можем гордиться нашей Россией и Уралом, даже больше Уралом, чем известными иностранными брендами, в части создания каких-то ювелирных украшений, подарков. Есть каталоги, где работы наших мастеров стоят на одном уровне с Fabergé, Cartier. Многие уникальные вещи созданы выпускниками Уральского колледжа прикладного искусства и дизайна. Мы на Урале почему-то не особо ценим наши природные камни, не драгоценные: аметист, цитрин, яшму, кахолонг. Хотя это единственное место в мире, где собрано столько самоцветов. При этом сегодня даже законодатели ювелирной моды Cartier и Dior начали использовать в своих работах уральский малахит, сердолик, красный агат и другие камни, которым до этого не уделялось особого внимания.

Мы ежегодно проводим в Нижнем Тагиле фестиваль для молодых и начинающих ювелиров. Часть мастеров после этих конкурсов стали выставлять свои изделия для продажи у нас и зарабатывают деньги. Наша задача — сделать так, чтобы их узнали в городе и не только. Как правило, всё развитие происходит в больших городах, например Екатеринбурге. Мы стараемся сделать так, чтобы Тагил не отставал от них, поэтому наших мастеров потихонечку вытаскиваем и показываем их работы, помогаем найти партнёров. Меня часто спрашивают, зачем мне этот фестиваль, ведь выгоды никакой я с этого не имею. Отвечаю: не в деньгах счастье, мне интересно развитие самой культуры украшений, их ношения. Ни одна красная дорожка Каннского фестиваля не обходится без украшений. Где красивые девушки, там всегда украшения. С первобытных времён мужчины дарили их женщинам, взять хотя бы тот же оберег в виде клыка волка. 

Тагильчане выбирают серьги, потому что они видны в портретной зоне селфи

За последний квартал средний чек в «Ю-лайне» составил около 4 тысяч рублей. На первом месте по продажам были серьги, независимо от того, с какими камнями. Я думаю, это связано с тенденцией развития селфи, когда в портретной зоне должно быть украшение. Серьги видно всегда. Кроме того, серьги удобно покупать в подарок. Их и мальчик может купить девочке на день рождения, и муж, забывший размер пальца, жене на годовщину свадьбы. До этого первое место было за кольцами, ещё ранее — за цепями. Сейчас в моде будут украшения-трансформеры, когда ты можешь использовать, например, одну из серёжек как подвеску, а подвеску как кольцо. 

За месяц через магазин проходит обычно порядка 600–700 человек, половина из них что-то покупает. Мартовские праздники сыграли свою роль, поэтому в марте украшения ещё покупались. А вообще в ювелирке сильный спад продаж из-за снижения покупательной способности идёт уже последние 3–4 года. Даже те люди, которые ранее никогда не задумывались о стоимости покупок, начали урезать расходы, стали реже покупать украшения. Кто-то вообще забыл про магазин, но нам это понятно, украшения — это всё-таки не товары первой необходимости, а предметы роскоши.

После закрытия и ревела, и коньяк выпивала, но потом взяла себя в руки

Я уже в марте почувствовала, что что-то нехорошее начинается. Купила заранее 650 масок, перчатки, рециркулярные лампы, антисептики. Думала, буду выдавать всё это покупателям, что нам при каких-то условиях, но разрешат работать. А нас раз — и закрыли в конце марта. Сначала 3-4 дня я сидела и вообще не знала, что делать, и ревела, и коньяк выпивала, но потом взяла себя в руки. Мы быстренько остановили ЕНВД, перевели кассу на УСН, чтобы 40 тысяч рублей за закрытые помещения не платить. Получили дополнительные ОКВЭДы и организовали пункт выдачи интернет-заказов на входе, там стоят дезинфицирующие средства с масками.

Сейчас мы работаем, но, к сожалению, не все об этом знают, поэтому обращаются пока немногие. Выручка упала раз в 10. Заказать украшение у нас сегодня можно через сайт или соцсети. Если кому-то в интернете сложно сориентироваться, просим оставить номер телефона и назвать ценник. Например, когда нужно кольцо, мы делаем подборку подходящих колец, снимаем их со всех сторон так, чтобы можно было на них, как в 3D, посмотреть, и отправляем всё это в WhatsApp.

Стараемся сами выживать, потому что никто ничего нам на блюдечке не принесёт, а зарплату я своим сотрудникам должна платить. У меня весь коллектив, все 9 человек, работает. Нужно отдавать деньги за коммуналку, платить налоги. Дворник сейчас тоже работает. Мы всё-таки социально ответственные ребята, хотим, чтобы здесь в любое время было чисто, фасад моем каждый месяц с весны и до осени.

Мы начали заключать агентские договоры. Сегодня любой желающий может стать нашим агентом и продавать товар с нашего сайта. Если, например, вы доведёте своего хорошего знакомого, который вам доверяет, но нас ещё не знает, до покупки в нашем салоне, то получите процент от стоимости изделия. Практика такая в других компаниях тоже существует, но в России её пока мало используют.

Даже в страшном сне не допускаем мысли о закрытии

Я всю жизнь занимаюсь ювелиркой, отступать сейчас никак нельзя. Ты же не бросишь свою семью, мужа из-за того, что он тебе меньше денег стал приносить. А это дело для меня как ребёнок, я знаю здесь каждый болтик. Загадывать не хочу, когда всё это закончится, но буду продолжать всё время что-то придумывать, делать независимо от того, завтра нас откроют или через месяц. Откроют завтра — выставим товар и будем его продавать, дальше работать. Понятно, что покупательная способность ещё сильнее снизится, но у нас были и есть беспроцентные рассрочки, возможность обмена старых украшений на новые. Можем изготавливать вещи на заказ, есть свои дизайнеры. Даже в страшном сне мы не допускаем мысли о закрытии. Можем ужаться, уменьшиться, уйти в другой формат, какое-то время работать в убыток, но не закрыться. Нельзя допускать падения на колени, потом будет очень трудно встать, присесть можно. Я считаю, что у ювелирки всё-таки есть будущее.

В магазине на меня смотрят как на прокажённую

Как любой нормальный человек, конечно, я сама боюсь коронавируса. У меня в машине и в сумке лежат одноразовые перчатки, маски, антисептики. В магазин захожу в очках, маске и перчатках, волосы стараюсь закрывать капюшоном. На меня смотрят как на прокажённую, отходят от меня. Зато как хорошо, когда никто не прижимается, не вошкается возле тебя. Выхожу из магазина, перчатки сразу выбрасываю.

Умею и куриц колоть, и роды у коров принимать

Этой весной я снова начала бегать, пока пробегаю по 2 км. Прошлым летом участвовала в международном марафоне «Европа — Азия», пробежала 10 км. Потом я ушла в плавание, мне кайфово плавать. Весной тоже ходила в бассейн, но у меня почему-то прекратилась дружба с водой, появилась аллергическая реакция. Поэтому сейчас не плаваю, бегаю одна по набережной. Дома сидеть весь день не могу, голова закипает от разных мыслей. С утра, когда гуляю со своим мопсом, делаю зарядку. Шикарная собака, спокойная, всё понимает, правда храпит. Этакий свой домашний дед.

А в выходные я уезжаю в Егоршино к родителям, сын тоже в деревне часто бывает, знает, что яйца не растут на деревьях. Сама я умею делать в деревне абсолютно всё: колоть куриц, доить коров, даже принимать роды у коров. Это всё я проходила. Я деревенская девчонка и не боюсь трудностей. Поэтому и дело своё просто так не брошу, буду бороться за него до последнего.

Последние данные о ситуации с коронавирусом и готовности Нижнего Тагила к борьбе с ним — в онлайне АН «Между строк».