«Хочется делать что-то крутое, мощное, чтобы сносило башку». Режиссёр Антон Бутаков рассказал, каким он видит будущее Нового Молодёжного театра в Нижнем Тагиле

«Хочется делать что-то крутое, мощное, чтобы сносило башку». Режиссёр Антон Бутаков рассказал, каким он видит будущее Нового Молодёжного театра в Нижнем Тагиле

На прошлой неделе стало известно, что заместителем директора по творческим вопросам в Новом Молодёжном театре стал актёр и режиссёр из Екатеринбурга Антон Бутаков. Ученик Николая Коляды, директор и главный режиссёр Центра современной драматургии (ЦСД) займётся репертуаром и развитием тагильской «молодёжки». Свою работу в качестве руководителя Антон начал с тренингов для труппы — по вокалу, хореографии и актёрскому мастерству. «Афиша МС» побывала на одном из мастер-классов и пообщалась с новым творческим руководителем Молодёжного театра.

Антон, первое, о чём хочется вас спросить, почему вы согласились работать в Молодёжном театре Нижнего Тагила?

— Это было довольно сложное решение, но я принял его молниеносно, потому что мне это дико интересно. Я всю жизнь «хейтил» государственные театры, считаю эту институцию бессмысленной, нерабочей. И вот пришло время доказать себе, так это или не так. Вторая причина, почему согласился, — это персона Наталии Владимировны (Мозжаковой, директора театра. — Прим. ред.). Если бы здесь был другой директор, я бы не согласился. Мне кажется, работать с таким руководителем — очень полезный опыт.

Что вы слышали о Молодёжном театре до прихода сюда?

— Я узнал о театре, когда Наталия Владимировна сюда пришла. В Тагиле я знаю драматический театр, с Булыгиным мы знакомы. Про этот театр я не знал. В первый раз я побывал здесь полтора года назад. Мне, на самом деле, здесь очень понравилось — и помещения, и сквер, который очень меня впечатлил. Всё понравилось. ЦСД и «Коляда-театр» создавались из ничего. ЦСД у нас вообще на рыбзаводе, но там уютно, там дома.

Неужели вы ничего не слышали про конфликты, которые были два года назад у предыдущих руководителей театра?

— Про это я почитал в интернете потом уже. Я знаю о ситуации, но меня она не касается. Хотя я понимаю, что во многом из-за той истории к театру будет особое внимание, но нам же только это и нужно! Мы хотим сделать этот театр самым классным в городе, заявить себя на области. Да и вообще на российский уровень пора выходить. Я вообще сразу сказал ребятам: готовьтесь в Европу ездить, в Москву. ЦСД в том году ездил семь раз в Москву на фестивали, на гастроли.

Не думайте, мне не хочется делать филиал ЦСД, хочется делать абсолютно новый театр. Он же даже называется так — Новый Молодёжный театр. Разумеется, я буду использовать свой опыт, свой бэкграунд по работе, но, думаю, я буду здесь получать совершенно другой опыт. Это всегда так: когда ты учишь, ты сам учишься.

Вы начали свою работу в новой должности с тренингов для актёров. Почему?

— Я большое внимание уделяю учёбе. Благодаря тренингам за два дня в интенсивном режиме ты понимаешь состояние труппы, кто есть кто — в хорошем смысле. Сегодня утром я увидел, как на тренинге ребята свободно начали друг с другом взаимодействовать. Сейчас они свободно друг с другом контактируют телесно, что не всегда бывает. При этом это очень важно, это значит, что люди готовы что-то делать на площадке, трогать друг друга, обниматься. Это, на самом деле, одна из основополагающих работ в коллективе.

Я понимаю, что театру нужны экспериментальные спектакли, которые, может быть, понравятся не всем зрителям, но которые будут развивать актёров. Нужно думать не только о зрителе, но и о развитии театра, о развитии актёров. Это очень сложный процесс.

Можете ли вы рассказать о творческих задачах, которые перед вами поставлены? Может быть, раскрыть пару секретов?  

— Пока я не могу про это говорить, вы всё увидите сами. Мне не хочется тратить время на раскачку, хочется сразу же делать что-то крутое, мощное, чтобы сносило башку. Точно могу сказать, что мы будем делать «Говорит Тагил». У актёра из Москвы Алексея Розина, который играл в фильме Звягинцева «Нелюбовь», есть такой проект. Он был реализован в Ростове в театре «18+», которого, к сожалению, полгода как нет. Это очень крутая идея, и мне хочется её продолжить в Тагиле. Это будет спектакль, с которого мы будем знакомиться друг с другом и с Тагилом — не все же у нас в театре из Тагила. Мы сделаем это в формате сторителлинга. Мне кажется, это очень крутое начало. Честно, даже я не совсем много работал в этом жанре.

Нет ли у вас опасения, что тагильские зрители отличаются от екатеринбургских и что они ждут от театра чего-то другого?

— Ровно такая же речь заходит, когда сравнивают с другими городами Москву: это Москва, мегаполис, 15 миллионов, разнообразие. Я не вижу разницы. Нет, город вносит свои коррективы. Я с этим очень круто столкнулся, работая в Башкирии, в городе в три раза меньше Тагила, где мы сделали такой «пушечный» спектакль… Есть вещи, которые нужно обсуждать с городом. Тем более наш театр находится на Вагонке, это не центр города, и это круто!

Посмотрим, как люди будут реагировать на то, что мы делаем. В любом случае, если соблюдать один-единственный принцип, который, на мой взгляд, важен в театре — принцип честности, — будет всё хорошо. Если быть честным со зрителями, если актёры не врут, люди пойдут в театр. У нас в ЦСД есть спектакли, про которые люди говорят: «Нам не понравилось, но мы к вам ещё придём». Люди не поняли, но им нравится само ощущение нахождения в театре.