Дети тагильского папы Карло

Дети тагильского папы Карло

В посёлке Верхняя Черемшанка есть мастерская, где трудится резчик по дереву Стас Дерябин. С утра до вечера он режет, пилит, строгает... Корреспонденту агентства новостей «Между строк» удалось побывать в каморке тагильского папы Карло.

  

В небольшом помещении пахнет деревом и лаком. Вокруг лесопильные станки, тиски, пилы, молотки и другие инструменты. На рабочем столе мастера лежат детали будущих деревянных мальчиков. Несколько кудрявых голов с длинными носами, руки и ноги, аккуратно сложенные в полиэтиленовый пакет – осталось соединить все части, и куклы «оживут».

    

«Буратино – это одна из моих первых игрушек. Он самый популярный. Есть большой человечек, есть средний, а ещё делаю совсем маленьких, - показывает фигурки Стас. – А знаешь, первые игрушки рождались в подполе. Давно, ещё когда работал дома, там же мусорить нельзя. Был у нас такой подпол. Я брал топорик, и «тын-тын-тын»  строгал первых Буратин. Тогда ещё вручную работал».

  

В его руках деревянные бруски превращаются в домовых, обезьян, котов или зайцев. Работая по шаблонам, мастер выпускает десятки игрушек, одинаковых на первый взгляд. Но, присмотревшись, замечаешь: каждая из них особенная. Все дело в лицах! Разные взгляды и улыбки «очеловечивают» Дерябинских персонажей.

   

- Ещё в девяностые годы я хотел, чтобы резьба по дереву стала делом моей жизни. Не получилось. Достичь цели удалось лишь тогда, когда остановился на улыбающихся фигурках.

- А лица этих деревянных «чудиков» возникают из головы?
- Зачем?! Я изучил всю нашу советскую мультипликацию. Сейчас тоже постоянно смотрю мультики, они у меня всегда тут, на флешке. Это очень классный институт! Мои друзья-резчики, которые занимаются анатомией, боятся ошибиться, вырезая фигуры. В мультипликации законы иные. Для того чтобы сделать главное, можно что-то нарушить.

- Главное – улыбающийся рот...
- Да! Я полтора года с этим мучился. Только когда мой младший ребёнок начал улыбаться, я понял, как она рождается... улыбка. Как сказала одна девчонка: «Где рождается смех?! Там, где кончаются щёки!» Поймал первые улыбки – пошёл интерес к работам. Люди напокупались «китайских» подарков, надарились друг другу, навыбрасивались... Стали присматриваться к изделиям ручной работы.

- Отправляете «детёнышей» по сувенирным лавкам?
- Торгую с рук. Создаю эмоциональную атмосферу. В салонах они стоят как сиротки. Дерево же не цветное, а глаз притягивают цветные сувениры. Поэтому в магазинах нет такого спроса. А когда люди видят эти игрушки, когда они их трогают, представляют, как они будут смотреться дома – эмоции нарастают...

В мастерской «Урфин Джюс», где Стас вырезает свои фигурки, он по ночам подрабатывает сторожем. Ночь – особое время для мастера. Лесопильные станки полностью свободны, можно сидеть и делать заготовки, придумывать новые лица.

   

«Мне интересней делать само лицо. Я к нему стремлюсь! Всё остальное немножечко тяготит. Лицо сделал – хочется уже поскорее закончить,  смеётся Стас.  Мечтаю создать команду, чтобы часть работы можно было кому-то доверить. Например, коз к Новому году мне помогали делать сын и друг».
Замысел будущих фигурок рождается на бумаге. Прежде чем приступить к работе с деревом, Дерябин тщательно прорисовывает своих персонажей. На столе, на полке, на подоконнике хранятся старые тетрадки и блокноты, где изображены мультяшные герои:
- А это вот старенький Карлсон,  поясняет мастер.  Обычно прорисовываю много линий. Это самая главная система. Рука уже чувствует логику. Весь нюанс в пропорциях  чуть-чуть ошибёшься  видишь, что чего-то уже не хватает.

   

- С каким деревом удобнее работать?
- Всё зависит от игрушки. Буратино хорошо из сосны делать, на ней полоски видны, которые психологически действуют на человека. А вот липа более однородная, на ней полосатости нет, зато просматриваются следы ножа. Глянь на зайцев – они из липы. Кедр хорош, яблоня. Тополь, если грамотно спилен. На большие фигуры идёт, он, как осина, может стоять много лет.

 

Стас потирает травмированный палец. На левой ладони – ребристый шрам, оставленный от инструмента, он совпадает с линией жизни. «Сам нарисовал!» – смеётся мастер.
На создание деревянных фигурок Дерябина ещё несколько лет назад благословил батюшка. Тогда, после смены последнего места работы, перед мастером встал выбор, чем заняться дальше.

«Что делать? Надписи на памятниках, идти учиться в столярку или делать игрушки? Помолился. Батюшка благословил на последнее. С тех пор перестал сомневаться. И помощь стала приходить ото всюду: появился материал, пришли заказчики. Думаешь, там купили игрушки – порадовались, тут оценили– значит, надо продолжать! Я худграф наш окончил. Резать начал уже после института. Одноклассник заразил. Он тогда мебель делал. Я просто «впился» в него, ездил за ним повсюду. Впитал всё, что он знает. Начал делать какие-то первые вещи...»

Стас успел поработать учителем в школе, охранником, когда-то занимался музыкой и литературой. Но только в мастерской, среди деревянных завитушек и мелкой жёлто-коричневой пыли, он чувствует себя по-настоящему счастливым.

        

Автор: Оксана Исупова
Фото: Оксана Исупова, Андрей Бортников