«Мы не стадо и не быдло»

«Мы не стадо и не быдло»

Автор: Наталья Вахонина

 

Василий Рыбаков – тагильчанин, которого знают все полицейские и чиновники Екатеринбурга. Своей общественной деятельностью он наводит ужас на приемные городской Администрации и Правительства. Он забрасывает их обращениями и жалобами, требует ответов, идёт с «отписками» в прокуратуру и неустанно судится. Сегодня у Василия идёт несколько судов – два с полицией, три с областным Правительством. Поводы самые разные – от запрета на проведение митингов, до отсутствия на ведомственных сайтах отчётности и важных документов. Но для большинства СМИ Рыбаков – персона «нон-грата». Корреспондент Агентства новостей «Между строк» пообщался с Василием и узнал, какой, по его мнению, должна быть эффективная деятельность гражданского активиста.

- Василий, расскажите, чем занимаетесь сегодня?

- В родной Нижний Тагил я приехал, чтобы создать здесь муниципальный совет. Это общественная организация, контролирующая деятельность Администрации города. Чтобы было удобнее, расскажу на примере Екатеринбурга, где мы это уже воплотили сначала на уровне Правительства, затем повторили на городском уровне. Собрались активные граждане, решили взять какое-то серьёзное название для своей деятельности, и выполнять функцию общественного контроля. Выбрали очень впечатляющее название – Правительственная палата. Таким был наш ответ Общественной палате Свердловской области, куда, по сути, вошли губернаторские «назначенцы», а не общественники. Проводим собрания, выбираем проблемные направления в жизни области и начинаем задавать чиновникам вопросы. Пишем запросы, а затем ориентируемся в зависимости от ответов. Кому-то вносим конструктивные предложения по улучшению деятельности. Например, участвуем в написании проекта «Стратегии обращения ТБО в Свердловской области». Член Правительственной палаты Александр Аникин занимается сбором предложений от общественности. Ну а иногда сталкиваемся с откровенным хамством со стороны чиновников, с отписками, и тогда обращаемся в прокуратуру и суд. Я могу много рассказывать о том, чем мы занимаемся, но лучше почитать подробности в моём ЖЖ, там я каждый вечер отчитываюсь, что полезного сделал за день. 

- Вернёмся к муниципальным советам.

- Да, вот на примере Правительственной палаты мы решили создать такой муниципальный совет, который будет следить конкретно за деятельностью Администрации. И мы хотим создавать такие советы во всех городах Свердловской области. Чтобы активные граждане собирались и конструктивно отслеживали и корректировали деятельность чиновников.

- То есть муниципальный совет – это не подконтрольный Администрации орган?

- Конечно, нет! Понимаете, можно было назваться каким-нибудь «оппозиционным», «народным», но эти ярлыки только мешали бы. И мы не ставим перед собой задачу противостоять власти. Мы хотим её контролировать и заставлять эффективно работать на благо граждан. У нас в муниципальном совете порядка 10 человек, все из совершенно разных сфер – есть экологи, правозащитники, те, кого волнуют вопросы культуры. И вот каждый пристально следит, что происходит в этой сфере, посылает необходимые запросы, вносит предложения.

- Разве может незарегистрированная общественная организация, по сути, собрание отдельных граждан возложить на себя такие функции?

- Люди очень удивляются. Они не знают, что любой вот так может взять и написать запрос в администрацию города, области, в прокуратуру, любому конкретному чиновнику. Им кажется, что они никто, у них нет такого статуса, чтобы запросы писать. А на самом деле не нужен статус. Мы – налогоплательщики, поэтому каждый из нас имеет право спросить. Мы не быдло, не стадо – вот что надо понять. И нам не нужны особые звания и печати, чтобы нас воспринимали всерьёз. Достаточно просто написать запрос с очень конкретными вопросами, например, сколько денег потрачено, каких результатов добились и тому подобное. Чиновники очень не любят эти запросы, но не имеют права их игнорировать, потому что по Федеральному Закону «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации» они обязаны давать ответ в течение 30 дней.

- Ну, спросишь у них, куда и на что потрачены деньги, а тебе присылают отписку…

- Многие теряются, если получают на свой запрос банальную отписку. Видят, что отписка, но что дальше делать не знают. Я в таком случае могу послать уточняющий запрос. Могу написать в прокуратуру. Есть много рычагов, на которые можно нажать. Есть много способов заставить чиновников работать. У нас в стране законы хорошие. Я постоянно об этом говорю. У нас есть правовая база, множество законов, чтобы контролировать чиновников, чтобы заставить их работать. Но люди в большинстве своём не знают этого, поэтому чиновники и расслабились. 

- Какая в итоге цель у этой деятельности?

- Я хочу, чтобы в следующий раз, принимая идиотский закон или программу, которая позволит «распилить бабло», чиновники понимали – есть те, кто спросит с них за это. Я надеюсь, что это начнёт их останавливать. Потому что выставлять себя посмешищами или жуликами они не захотят. Значит, придётся научиться работать по-настоящему. Я не знаю, когда наступит этот светлый момент, и я смогу сказать, что я добился своего. Боюсь, что никогда. Придётся постоянно контролировать их, не давать расслабиться. У нас же война с чиновниками. Они против нас, мы против них. Но будет ли окончательная победа – я не знаю. В этом деле нужна динамика.

- Если цель – светлое будущее, то почему бы не пойти по излюбленному пути оппозиционеров – призывы к свержению власти, революция… Может, надо сменить власть, чтобы жизнь наладилась?

- У нас люди страдают гигантизмом. Все хотят свергать Путина. А когда предлагаешь здесь и сейчас начать писать запросы, добиваться каких-то изменений, сразу слышишь в ответ, что этим ничего не изменишь. Как будто, если убрать Путина, что-то изменится! Лично я не против него и не за. Мне важно, чтобы здесь и сейчас в том месте, где я живу, работали законы. Ведь законы-то у нас хорошие. Но реализация отвратительная. Все плюют на них. А надо сделать так, чтобы исполняли. И тогда жить станет лучше. Не где-то там, в Москве, где президент сидит, а в конкретном Нижнем Тагиле, в Свердловской области, где мы живём.

- То есть кропотливая бумажная работа эффективнее, чем многотысячные митинги?

- Митинги практически изжили себя. Их стали использовать в своих интересах партии – вывешивать свои знамена, пиариться там. Из-за этого, чтобы митинг стал заметным, он должен быть очень крупным или каким-то из ряда вон… Например, в Красноуральске рабочие уже голодают, чтобы обратить на себя внимание. Следующим этапом будет самосожжение. Не смейтесь, я серьёзно – начнут поджигать себя, чтобы хоть как-то быть замеченными.
Я считаю, что бумажная работа эффективнее митингов. Это такая партизанская работа. Мне не нужна партия. Я лучше найду 100 человек и научу их так же писать запросы и получать ответы, и идти в суд, если это необходимо.

- Суды – это ведь длительный процесс. Такая общественная деятельность отнимает много времени? А как быть с работой?

- Эта общественная работа отнимает много времени. Точнее – у меня целый день. Есть бизнес, который меня кормит, поэтому я могу себе позволить ходить в суды, писать запросы и носить их в приемные, ходить на встречи к министрам. Кроме того, мне приходится сейчас жить в Екатеринбурге, ведь основные действия происходят там, а в Тагил удается приехать ненадолго. Но тем, у кого не так много свободного времени, не стоит пугаться. Написать запрос – это 10 минут. Пока найдёшь тему, пока изучишь документы – полчаса в день. Но сейчас многие хватают какой-то эпизод, занимаются им, а потом бросают это дело, то есть не работают системно. А у меня из одного дела тянется другое, один запрос порождает следующие, за одним судом идёт другой… Вот, в Тагил приехал, изучил сайт городской администрации, написал за вечер 5 запросов, буду ждать ответы на них.

- По бизнесу не получал за это?

- Как не получал, конечно были неприятности. Раньше у меня был бизнес в сфере розничной торговли и аренды. Пошли разные проверки – пожарные, Роспотребнадзор, прокуратура… Это отнимало очень много времени и сил, пришлось закрыть торговлю. Упущенную выгоду лучше не считать, чтоб не расстраиваться. Но, конечно, мой доход упал в несколько раз. Зато теперь работа не отнимает времени, я могу ходить в суды, на приёмы к министрам, уехать в любое время.

- По моим наблюдениям любая общественная деятельность, как правило, продолжается политической карьерой. У вас есть такие амбиции?

- Я был помощником депутата Госдумы, работал приемной Путина. Моя политическая карьера закончилась давно и добровольно. Когда меня поставили перед выбором – или корпоративные интересы, или интересы людей. Я не пойду в политику – не вижу смысла. Что может политик, чего не могу я? Писать те же запросы и добиваться правды через суд я могу и сейчас. А быть одним из нескольких десятков депутатов, быть задавленным большинством, не иметь реальной возможности предлагать дельные законопроекты я не хочу.

- Что в целом можете сказать о современной политике, о партиях?

- Нет сейчас партий, которые действуют в интересах людей. У них у всех свои интересы. Поэтому я ни одну не поддерживаю. Хотя до 2009 года я состоял в «Молодой гвардии», поддерживал «Единую Россию». Потом имел неосторожность вступить в «Яблоко», но быстро понял, что мне с ними не по пути. На днях получил телеграмму от них, что будет рассматриваться вопрос о моём исключении из партии. Пусть исключают.

- А отдельные политики какие-то есть, вызывающие уважение? Например, к Навальному как относитесь?

- Навальный мне нравится, но он допустил ряд ошибок. Самое главное – не понимаю, зачем эти заигрывания с Координационным Советом Оппозиции. На мой взгляд, вообще не имеет смысла связываться с какими-то партиями.

- Можете дать прогноз, чем закончится суд над Алексеем Навальным?

- Ох, в нашей стране очень сложно давать такие прогнозы. Никогда не знаешь, как и что повернётся. По своему личному опыту могу предположить, что первый суд – низшей инстанции – вынесет обвинительный приговор. Хотя у меня нет сомнений, что там нет состава преступления.