Сегодня, 7 сентября, начались прения сторон по уголовному делу, связанному с обрушением многоквартирного дома, произошедшим 1 августа 2024 года в Нижнем Тагиле. Следствие считает, что в доме № 81 по улице Сибирской произошёл взрыв газовоздушной смеси, который привёл к обрушению двух подъездов.
В результате ЧП погибли 11 человек, из них шестеро детей. Ещё 12 жильцов, включая пятерых детей, получили ранения. Было разрушено 25 квартир, собственниками которых были 36 человек.
В результате следствия на скамье подсудимых оказались трое сотрудников газовой службы «Газэкс» — слесари Александра Ерыкина, Александр Алимов и мастер Максим Гривский, а также владелица квартиры на первом этаже (по версии следствия, эпицентр взрыва был в этой квартире) Елена Сербинова. Последняя потеряла в трагедии дочь. Рассмотрение дела в Дзержинском районном суде началось 1 апреля 2026 года.
В начале судебного заседания один из адвокатов обратился к судье с ходатайством о возобновлении судебного разбирательства в связи с тем, что хочет опросить начальника управления по техническому регулированию и стандартизации «Гипрониигаза» Вадима Захарова как независимого специалиста. Судья дала слово каждому из участников разбирательства, адвокаты, подсудимые и прокурор поддержали требование защиты, после чего начался опрос эксперта.
Вопрос от адвоката: на основании чего проводили своё исследование? Предоставлялись ли вам какие-либо документы после того, как дело уже было окончено?
Ответ Вадима Захарова: нашими экспертами было проведено техническое исследование по факту данного взрыва в многоквартирном доме. Исследование длилось с октября 2024 года по март 2025 года. При исследовании изучались фотоматериалы с места происшествия, протоколы допросов обвиняемых, должностные инструкции, протокол осмотра места происшествия и прочие документы.
Вопрос: после исследования представленных вами документов можете ли вы сказать, имелись ли в действиях или бездействии сотрудников газовой службы «Газэкс», которые проводили газовое обслуживание оборудования дома 24 июня 2024 года (в котором произошёл взрыв), нарушения федеральных законов?
Ответ: в результате анализа документов таких нарушений выявлено не было. Основной нормативно-правовой акт, согласно которому выполняются работы — это постановление правительства № 410. К материалам дела были приобщены акты выполненных работ по обслуживанию и абонентские карточки по всем квартирам. В актах выполненных работ не было зафиксировано претензий у жильцов дома к сотрудникам газовой службы.
Вопрос: могли ли возможные отступления от требований ГОСТа при проведении опрессовки газопровода в первом подъезде дома повлечь образование газовоздушной смеси и взрыв?
Ответ: по моему мнению, даже если бы и были такие нарушения, они не могли привести к взрыву дома. Это объясняется тем, что в нашем заключении мы провели расчётную оценку времени накопления взрывоопасной концентрации газа в квартирах. Показатель, который мы имеем, несопоставим с промежутком времени, который прошёл с момента проведения работ по обслуживанию газового оборудования до происшествия. Максимально возможное время накопления взрывоопасной концентрации — 20,4 часа.
Вопросы от гособвинителя:
Вопрос: исследовался объёмный взрыв газовоздушной смеси, это и есть причины разрушения дома?
Ответ: мы не рассматриваем конкретную причину разрушения дома, мы говорим о том, что при взрыве газа, подобные разрушения могли произойти.
Вопрос: эпицентр взрыва вами не устанавливался?
Ответ: нет.
Вопрос: вы указывали на отсутствие дефектов оказания услуг со стороны сотрудников «Газэкс». Вами анализировалось оказание услуги упомянутыми работниками в квартире № 2?
Ответ: конкретные выводы по этой квартире мы не писали, потому что в наши задачи не входило определение эпицентра взрыва. Анализируя записи абонентских карточек, мы не имеем оснований говорить о том, что сотрудники организации что-то нарушили.
Вопросы от подсудимой Елены Сербиновой:
Вопрос: перепланировка, которая была выполнена в квартире, зарегистрирована сотрудниками архитектурных организаций. Они бы запретили делать перепланировку, если бы были допущены какие-то нарушения или созданы опасные условия проживания?
Ответ: я могу ответить с технической точки зрения: во время осуществления перепланировки квартиры были допущены увеличения проёмов, что могло негативно повлиять на ситуацию.
Вопрос: если утечка газа произошла в квартире, как вы объясните тот факт, что подвальная дверь пролетела в 40 метрах над автомобилем?
Ответ: могло выбить входную дверь в квартиру; когда рушится одна стена, энергия взрыва распространяется дальше и находит, так скажем, «слабое место».
Вопрос: вы компетентны отвечать на наши вопросы о том, как протекает взрыв? Какая у вас специализация?
Ответ: я специалист по газоснабжению, работаю в этой сфере уже 15 лет, занимаюсь вопросами, связанными с экспертизами, я аттестованный эксперт.
Вопрос: то есть вы не имеете отношения к взрывотехнологическим экспертизам?
Ответ: у меня по взрывотехнологическим экспертизам аттестации нет, поэтому я не отвечаю на вопросы о причинах взрыва.
Вопрос: на момент взрыва в моей квартире подача газа была перекрыта специальным краном, мог ли произойти взрыв? Если да, то как?
Ответ: газовый кран имеет резьбовое соединение с трубой, оно могло быть повреждено.
После допроса эксперта судья Ирина Иванова дала слово гособвинителю, который должен был начать процедуру прения сторон. Однако прокурор обратился к суду с просьбой предоставить дополнительное время для исследования вновь выявленных доказательств. Участники судебного процесса возражать не стали. Прения сторон перенесены на 10 сентября.
