Знакомство с Екатеринбургом: пионеры уральской селекции (часть 1: сад Казанцева)

Знакомство с Екатеринбургом: пионеры уральской селекции (часть 1: сад Казанцева)

Сейчас в это трудно поверить, но ещё в самом начале XX века ни о каком плодово-ягодном садоводстве на Среднем Урале не могло идти и речи. Просто потому, что его не существовало. Считалось, что корнеплоды и рожь – это всё, что могут выращивать на своих огородах уральцы. Да, ещё зелень – лук да укроп. Малину, жимолость, смородину, землянику и другую ягоду брали в лесах. И то по большей части детям на забаву. Правда, находились смельчаки, которые ездили за окультуренными ягодными кустами в южные губернии Российской империи и пытались выращивать их в суровых непредсказуемых уральских условиях. Но таковых были единицы, а опыты их чаще всего заканчивались неудачно. А уж о том, чтобы выращивать на Урале яблоки, груши, сливы никто и мечтать не мог.

И всё же находились в те годы в наших краях люди, которые ставили перед собой задачи во что бы то ни стало акклиматизировать плодово-ягодные растения, вывести их морозоустойчивые сорта, добиться от них стабильных урожаев. Имена этих людей сейчас мало кто помнит, но ведь именно благодаря их усилиям и настойчивости растут, цветут и плодоносят в уральских садах десятки сортов яблонь и груш, слив и вишни, малины и смородины… 

…Приезжему отыскать в Екатеринбурге улицу Октябрьской Революции не так просто, хотя находится она практически в центре города. Ныне зажатая со всех сторон стройками и современными высотками, она ещё совсем недавно хранила в себе облик Екатеринбурга конца XIX – начала ХХ века: полутора и двухэтажные домики городских обывателей, мощённая булыжником мостовая, дощатые палисадники и заборы. Звалась в ту пору улица Коробковской, потому что одними из первых, кто поселился на ней, были потомки тульского купца Тараса Коробкова – двоюродные братья Яков и Карп Коробковы. Правда, Яков пожить тут толком не успел: купив в 1747 году Каслинский завод, он съехал поближе к хлопотному хозяйству. А Карп Коробков остался в городе, прославился «многими добрыми да богоугодными делами», а в 1771-м стал бургомистром Екатеринбурга и занимал этот пост 14 лет. 

Улица Октябрьской Революции (бывшая Коробковская) в 2015 г. 

Среди тех, кто держал дома на Коробковской улице, было много состоятельных мещан и богатых купцов. Например, здесь стоял двухэтажный каменный дом купца Никифора Лаврентьевича Серебрякова, который торговал изделиями из металла в Гостином дворе. Здесь же находилась одна из городских усадеб братьев Злоказовых, владевших, помимо винно-водочных магазинов, ещё и суконной фабрикой. На Коробковской жил и купец 2-й гильдии Иван Тихонович Блохин, имевший аж пять магазинов в Гостином дворе, да ещё с дюжину лавок по всему городу. Но к концу XIX века именитые купцы понастроили себе домов и усадеб на центральных улицах, и улицу стали заселять кустари и ремесленники. Среди них было немало известных в те времена фамилий – ювелиры Боченков и братья Калугины, камнерезы Пономарёв и Кочнев, столяры-краснодеревщики Галкины и резчик печатей Ястребов. На начало ХХ столетия из 49 дворов Коробковской улицы 37 занимали именно мещане-ремесленники. Жили здесь и врачи, и портные, и даже иконописцы.

А в 1913 году в доме № 40, купленном у наследников торговки овощами Акулины Сидоровой, поселился скромный бухгалтер Дмитрий Иванович Казанцев, приехавший в Екатеринбург из Нижнего Тагила. Никто из соседей тогда и не предполагал, что скоро новый владелец сидоровской усадьбы не только прославит себя и улицу на весь Урал, но и «заразит» своим увлечением многих обитателей Коробковской улицы. 

Дмитрий Иванович Казанцев (фото 1908 г.) 

Дмитрий Иванович Казанцев родился 22 февраля 1875 года в семье крестьянина села Северо-Коневское, что под Невьянском. В 1884 году успешно окончил Конево-Аятское начальное народное училище, однако сразу продолжить учёбу ему не удалось. Семья Казанцевых была большой, и Дмитрий, как самый старший из детей, был вынужден помогать отцу. Поначалу Дмитрий работал в огороде, помогал матери по дому, а когда ему исполнилось 13 (по законам Российской империи брать на работу детей можно было только с 13 лет), пошёл наниматься на работу. Продолжить учёбу Казанцев смог только через три года. Он уехал на Нижнетагильский завод, где поступил в Выйское земское училище, что находилось на улице Этапной.

«Если бы поехал учиться в другое место, жизнь моя наверняка сложилась бы иначе… – записал позднее в своём дневнике Дмитрий Иванович. – Но выбрал Нижне-Тагильск. Уж больно хвалили тамошнее училище знающие люди». 

В 1904 году один из преподавателей училища – Кузьма Осипович Рудой – пригласил нескольких учеников на экскурсию в свой сад. В числе приглашённых был и Дмитрий Казанцев.

«…Кузьма Осипович настолько интересно рассказывал о саде в целом и каждом растении в отдельности, что я увлёкся селекцией, как оказалось, навсегда, – вспоминал впоследствии Дмитрий Иванович. – Сад учителя так впечатлил меня, что я решил во что бы то ни стало устроить такой же и у себя…» 

Тагильский садовод-селекционер Кузьма Осипович Рудой (справа) с женой и дочерью 

Но заниматься садоводством и селекцией самостоятельно Казанцев смог лишь спустя много лет.

В Нижнем Тагиле он долго не мог найти работу и перебрался в Екатеринбург, где поначалу устроился конторщиком с маленьким окладом. Через некоторое время получил должность бухгалтера в банке. Всё это время Дмитрий Иванович искал подходящий участок для будущего сада. Прошло несколько лет, прежде чем он нашёл одну усадьбу на Коробковской улице. Тогда дом использовался как доходный и его владельцы запросили за дом и приусадебный участок площадью почти 1640 квадратных метров более 3500 рублей. Для Казанцева это было неподъёмной суммой. Он обратился за помощью к родственникам, но и собранных ими денег оказалось недостаточно. Выручил Кузьма Осипович Рудой, давший недостающую сумму в долг, «с отдачей, как будет можно». Таким непростым путём в 1913 году Дмитрий Иванович стал владельцем усадьбы № 40 по Коробковской улице.

Дом № 40 и сад Казанцева по ул. Октябрьской Революции (бывш. Коробковской) 

Весь остаток 1913-го Казанцев с женой занимались подготовкой земли к будущим посадкам. Вручную они очистили участок от мусора и камней, удобрили плодородный слой, провели планировку сада. Весной 1914 года Дмитрий Иванович высадил в саду первые саженцы яблонь, груш, вишни, смородины и крыжовника. 

Соседи Казанцевых недоумевали и пророчили скорое фиаско затее с садом. Но каково же было удивление скептиков, когда по весне выяснилось, что большинство посадок перезимовали благополучно. Ещё больше удивились обыватели улицы Коробковской, когда узнали, что за плечами тридцативосьмилетнего Дмитрия Ивановича Казанцева к тому моменту не было никакого специального сельскохозяйственного образования. «Только талант, интуиция и творческий энтузиазм», как впоследствии будут писать о селекционере Д. И. Казанцеве свердловские краеведы и журналисты. Однако, по мнению самого Дмитрия Ивановича, «главной причиной успехов было многолетнее тесное сотрудничество с Кузьмой Осиповичем Рудым и некоторыми другими селекционерами Урала». Впрочем, никаких «других селекционеров Урала» тогда ещё не было. Они начали появляться позднее, воодушевлённые результатами работ Казанцева. 

Первыми стали проявлять интерес к плодово-ягодному садоводству соседи по улице. У каждого в усадьбе нашёлся пустующий участок земли, пригодный под посадку морозоустойчивых яблонь. Дмитрий Иванович щедро делился с соседями не только опытом, но и саженцами. Позже, в 60-70-х, дочь Казанцева – Галина Дмитриевна – вспоминала:

«Соседи приходили к нам домой каждый день, не по разу. Отец принимал всех, с каждым подолгу беседуя, выслушивал, давал советы... Частыми гостями у нас в доме были Ястребовы, что жили на нашей улице, в доме № 32. Они не только выращивали у себя на участке папины саженцы, но и сами занимались селекцией, а позднее даже принимали участие в сельскохозяйственных выставках...» 

С 1915 года Дмитрий Иванович расширил сортимент плодовых и ягодных растений своего сада. Он садит на своём участке вишню «шпанку», выписывает яблони и груши из различных регионов страны – Вятки, Нижнего Новгорода, Красноярска. Много саженцев Казанцев получает из Нижнего Тагила, из питомника К. О. Рудого. Через пять лет в саду Дмитрия Ивановича росло 12 сортов яблонь,  по четыре разновидности сливы и груши, по два-три сорта крыжовника, малины, смородины. Тогда же начали появляться и первые гибриды яблонь, полученные Казанцевым в результате скрещивания. 

 

В саду Д. И. Казанцева (фото разных лет) 

Добившись устойчивости своих гибридов, селекционер начинает работать над повышением веса плодов, улучшением их цвета и формы. С ним ведут переписку многие именитые садоводы Сибири и Урала, с ним сотрудничает Ленинградский ботанический сад.

В 1926 году Казанцев вступил в переписку с известным российским ботаником Иваном Владимировичем Мичуриным, который заинтересовался исследованиями и опытами уральского селекционера-самоучки. И вскоре переписка переросла в полноценное сотрудничество: Мичурин выслал Казанцеву саженцы яблони, груши, сливы, выведенные им самим, для акклиматизации в условиях суровой уральской зимы. 

Примечательно, что селекцией Дмитрий Иванович занимался исключительно в свободное от работы время. До самого выхода на пенсию в 1934 году он продолжал работать бухгалтером. 

Дмитрий Иванович Казанцев 

Сейчас мало кто помнит, что Дмитрий Казанцев был не только гениальным селекционером, но и талантливым журналистом и незаурядным писателем. За период с 1927 по 1942 годы он опубликовал более 40 научных статей, выпустил несколько детских книг и две книги, посвящённые садоводству («Яблочный пир» и «Плодовый сад»), которые трижды переиздавались ещё при жизни автора и на которых выросло не одно поколение уральских садоводов. 

Книга «Плодовый сад» Д. И. Казанцева – безусловный бестселлер 30-40-х годов и раритет в наши дни 

Членский билет «Литфонда» Союза Советских писателей на имя Д. И. Казанцева 

Кстати, те, кому интересно, могут ознакомиться с книгой Д. И. Казанцева «Яблочный пир», скачав её PDF-копию

В 1939-м Дмитрий Иванович Казанцев едет в Москву, чтобы представлять на ВДНХ созданный им путём многократной гибридизации сорт яблок «Кордик». Бывший замзав сельхозсектора Свердловского обкома партии, сопровождавший уральских селекционеров в этой поездке, вспоминал:

«…К нам подошла группа товарищей, представителей Кавказа и Закавказья, во главе с самим Берия. Узнав, что яблоки выращены на Урале, он искренне обрадовался и обратился к сопровождавшим его: "Вот! Видите? Яблоки на Урале! Да мы так скоро за полярным кругом будем фрукты выращивать!" Кавказцы начали задавать вопросы, и кто-то спросил, почему у яблок такое странное, "нерусское" название. Казанцев стал объяснять, что оно составлено из первых букв тех людей, которые вывели сорт – Кузьма Осипович Рудой, Дмитрий Иванович Казанцев. Я испугался: ведь Кузьма Рудой два года назад был расстрелян, как вредитель и враг народа! Но Берия только ещё раз похвалил: "Молодцы, свердловчане! Я обязательно расскажу Иосифу о ваших яблоках". Сдержал он своё обещание или нет, мы так и не узнали…»

За сорт «Кордик», выведенный путём многократной гибридизации, Казанцев был награждён серебряной медалью ВДНХ и вернулся в Свердловск знаменитостью.

Впрочем, его талант селекционера был признан ещё пятью годами ранее, когда в 1934 году его сад стал официальным подразделением Первой государственной селекционной станции, в то время известной как «Свердловская опытная станция садоводства», а сам Дмитрий Иванович был принят в штат организации в должности главного эксперта. 

Всего Д. И. Казанцев вывел в своём саду 15 гибридов яблонь, среди которых были «Первенец Красавки», «Кизерец», «Кизерка», «Радуга», «Красавица Титовка», «Комета», «Татрай», «Приветный», «Настенька», легендарный «Кордик» и другие. Кроме научной работы, Дмитрий Иванович уделял много времени работе общественной. В своём саду он устраивал выставки, встречи-семинары, раздавал саженцы, консультировал садоводов. 

Яблоки гибридных сортов, выращенные в саду Д. И. Казанцева 

Дмитрий Иванович Казанцев в своём саду (фото 1940 г.) 

В 1942 году Дмитрий Иванович внезапно ушёл из жизни. Его усадьбу наследовали жена Анна Николаевна и дочь Галина. Они продолжали ухаживать за садом, вести опыты и наблюдения, а в 1966 году приняли решение передать сад Педагогическому институту в надежде, что учёные ВУЗа смогут дать саду новую жизнь, сохранить наследие Дмитрия Ивановича. Но получилось иначе. Руководство пединститута отдало дом под общежитие для преподавателей, и очень скоро уникальный сад Казанцева пришёл в полный упадок. В 80-х дом усадьбы обветшал настолько, что жить в нём стало небезопасно. Усадьбу признали памятником истории, жильцов отселили, но на этом «забота» государства о доме и саде Д. И. Казанцева закончилась.

В 1990 году усадьбу попытались снести, но дорогу бульдозерам преградили несколько неравнодушных свердловчан во главе с Галиной Дмитриевной Казанцевой. Наконец, в 1994-м было принято решение о создании в усадьбе сада-музея. Дом и сад передали Свердловскому областному краеведческому музею, сотрудники которого создали на базе усадьбы Музей плодового садоводства Среднего Урала.

К 100-летию сада в музее была открыта мемориальная комната, в которой воссозданы обстановка дома конца XIX – начала XX веков. В её экспозицию входят предметы быта, личные вещи Д. И. Казанцева, его инструменты, документы, фотографии, награды. Частично воссоздан и сад, в котором пионер уральской селекции проводил свои опыты.

Экспонаты мемориальной комнаты Д. И. Казанцева в Музее плодового садоводства Среднего Урала 

В завершении рассказа о Дмитрии Ивановиче Казанцеве следует отметить, что судьба его дома и сада, в конце концов, сложилась благополучно. Чего нельзя сказать о питомнике его учителя – Кузьмы Осиповича Рудого – в Нижнем Тагиле, практически полностью разорённом в 70-80-х годах и уничтоженном в 2000-х при попустительстве городских властей и с молчаливого согласия историков и краеведов.