Знакомство с Екатеринбургом: Первый государственный банк

Знакомство с Екатеринбургом: Первый государственный банк

Как известно, взаимоотношения российской власти и Демидовых часто оставляли желать лучшего. Неприятности, и довольно серьёзные, начались ещё во времена царствования Петра I, когда в Сенате стали разбирать тяжбу между Никитой Демидовым и Василием Татищевым. Сенат, как мог, старался примирить спорщиков. Однако явившийся на слушанья самодержец, узнав, что «тулянин хулил облыжно» Главного горного командира, волевым решением признал Никиту виновным и обложил его диким по тем временам штрафом: пять тысяч серебром лично Татищеву «за позор» и 30 тысяч рублей железом и припасами в казну, «чтобы впредь неповадно было бесчестить государева человека». Несколько раз оказывался под следствием Акинфий Никитич, у которого фавориты Анны Иоанновны пытались отнять ряд заводов и соляных варниц. Натянутыми были отношения с царями и у Павла Демидова, а его младший брат Анатолий неоднократно находился в розыске по подозрению в связях с масонами.

Тем не менее, были в истории этих взаимоотношений и моменты, когда Демидовы и власть конструктивно сотрудничали, и, более того, русские цари следовали советам Демидовых. К этим моментам можно отнести появление в Екатеринбурге отделения Государственного банка.

Екатеринбургское отделение Государственного банка на открытке начала XX в. 

До 1847 года государственная банковская система была недоступна предпринимателям Екатеринбурга, да и всего Горнозаводского округа – в городе просто не было отделения госбанка. Деньги нуждающимся в займах купцам и предпринимателям ссужались местными ростовщиками под завышенные проценты, которые казались грабительскими даже таким крупным предпринимателям, как Строгановы или Яковлевы. Собственно, и сама государственная банковская система Российской империи появилась весьма поздно – в 1817 году, когда высочайшим манифестом императора Александра I Павловича был учреждён Государственный коммерческий банк. 

Причастен к появлению Государственного коммерческого банка был и Николай Демидов. В 1810 году, получив большой заказ от казны на поставку железа и меди для нужд военного ведомства, он посетовал царю на невозможность одолжить на местах денег у казны под залог продукции заводов или же других активов. Существовавшие в то время Учётные конторы Ассигнационного банка такими операциями не занимались, а кроме того, были ограничены в финансах. В качестве примера Николай Никитич привёл Гамбургский и Амстердамский банки, устройство которых подробно изложил на бумаге. Царь ознакомился с описанием Гамбургского банка и «нашёл предложение господина Демидова крайне интересным». Более того, Александр Павлович пообещал подумать над устройством такого банка в России. Однако вернуться к вопросу самодержец смог только после окончания войны с Францией. Министерству финансов было дано поручение «проработать» вопрос, и уже в 1816 году глава Минфина Гурьев представил императору доклад, в котором обозначил направления деятельности будущего банка: хранение вкладов в любой валюте, а также в слитках драгметаллов; переводы денежных вкладов; учёт векселей; ссуды под залог товаров и приём вкладов с начислением по ним процентов. 

 В манифесте об учреждении Государственного коммерческого банка говорилось:

«Желая открыть купечеству вящие способы к облегчению и расширению коммерческих оборотов, признали Мы за благо вместо существующих ныне учётных контор, коих действие по маловажности их капиталов и разным неудобствам, в образовании их замеченным, не приносит торговле ощутимой пользы, учредить Государственный коммерческий банк».

Управляющим Государственным коммерческим банком был назначен Александр Рибопьер. Банк начал свою работу с клиентами 2 января 1818 года, и 7 января петербургское отделение банка приняло первое письменное долговое обязательство на пять тысяч рублей от купца Солодовникова. 

На посту управляющего банком Рибопьер развил бурную деятельность, результатом которой стали открытые отделения Государственного коммерческого банка в Москве и Одессе, Астрахани и Риге, а также в Нижнем Новгороде. Однако на Урале отделение банка так и не было создано, несмотря на неоднократные ходатайства со стороны делового сообщества Екатеринбурга и Горного округа. 

Вторую попытку убедить власти открыть отделение Государственного банка в Екатеринбурге предпринял Павел Демидов. Во время личной встречи с царём Николаем I он даже пообещал взять на себя все расходы, связанные со строительством здания для отделения банка. Николай Павлович передал просьбу Демидова министру финансов Егору Канкрину и попросил «принять участие» в разрешении вопроса. 

Однако Канкрин, невзлюбивший Павла Демидова ещё с тех времён, когда тот занимал пост губернатора Курска, не спешил выполнять поручение государя. Дело сдвинулось с мёртвой точки лишь в 1844-м, когда министром финансов был назначен Фёдор Вронченко. Одним из тех, кто всячески способствовал появлению в Екатеринбурге отделения Государственного коммерческого банка, был Владимир Глинка – главный начальник горных заводов Урала. 

В советское время отношение к этому историческому персонажу было весьма негативным из-за того, что генерал от артиллерии Глинка «оказался предателем декабристов, покинув в самый ответственный момент "Союз благоденствия"...» На самом же деле, Владимир Андреевич никого не предавал, а вышел из тайной организации в день её роспуска вместе с прочими членами «Союза благоденствия». Просто, в отличие от других декабристов, он не вошёл ни в Северное, ни в Южное тайное общество и в событиях на Сенатской площади участия не принимал. 

В январе 1847 года во исполнение указов императора Николая I и правительствующего Сената в столице Среднего Урала «... для содействия частным горным заводам хребта Уральского к выгоднейшему сбыту их произведений и для облегчения денежных оборотов Ирбитской ярмарки» была наконец-то открыта контора Государственного коммерческого банка.

Событие это, по свидетельству современников, «вызвало необычное оживление и неподдельный интерес» в деловых кругах Екатеринбурга. Купцы, заводовладельцы, арендаторы заводов и рудников надеялись на то, что теперь положение в области банковского кредитования улучшится. Однако эти мечты стали сбываться далеко не сразу. Поначалу проценты по кредитам были довольно высокими и брать кредиты могли только такие крупные предприниматели, как Строгановы или Демидовы. 

Контора Государственного коммерческого банка расположилась в двухэтажном каменном здании, которое было выстроено годом ранее по заказу Горного ведомства на участке № 6 по Главному проспекту (ныне – проспект Ленина). До сих пор доподлинно неизвестно, строился этот особняк специально под банковскую контору или его передача Минфину была инициативой главного горного командира В. А. Глинки. Известно лишь, что это здание было спроектировано архитектором Екатеринбургского горного округа и Уральского горного правления Михаилом Малаховым и годы его постройки – первая половина 30-х – середина 40-х годов XIX века. В состав усадьбы входили дом, флигель и надворные постройки.

Здание и поныне стоит на том месте, где оно было построено (проспект Ленина, дом 6 «а»), и является объектом культурного наследия регионального значения. 

 

Здание по проспекту Ленина, д. 6 «а» 

В годы правления императора Александра II была проведена реформа банковской сферы, в ходе которой все конторы упразднённого Коммерческого банка были преобразованы в конторы Госбанка, а кроме того, были существенно увеличены активы региональных представительств банка, снижены процентные ставки и изменён подход к привлечению и выдаче средств. Екатеринбургская контора не стала исключением и с каждым годом всё больше обрастала клиентурой. Доступные кредиты стали привлекать не только крупных предпринимателей, но и местных купцов и кустарей «средней руки».  

С каждым годом деятельность Екатеринбургской конторы Госбанка набирала обороты, что было связано и с увеличением среди банковских служащих доли профессионалов. Ведь, как ни странно, но долгое время банковские служащие набирались из чиновников различных ведомств, не имеющих прямого отношения к финансам. Так, например, екатеринбургскую контору Госбанка долгое время возглавлял Ф. Л. Миллер – по образованию и опыту работы горный инженер. 

Одним из таких профессионалов, появившихся в банковской среде Екатеринбурга, был Андрей Кожевников, который стал управляющим местной конторы Госбанка в марте 1889 года. Выходец из мещанской семьи, он после окончания в 1875 году Петербургского университета поступил на службу в Государственный банк. Последовательно пройдя нижние ступени должностной иерархии, в 1881 году стал управляющим Минской конторы банка. Через три года – новая должность. Кожевников получает пост инспектора и начинает ревизовать отделения и конторы банка в Сибири и на Урале, в том числе и в Екатеринбурге. В 1885-1886 годах Андрей Иванович получил орден Святого Владимира IV степени, чин коллежского асессора и потомственное дворянство. Десятого марта 1889 года руководство банка поставило Кожевникова во главе Екатеринбургской конторы. 

Андрей Иванович Кожевников 

В 1894 году была проведена реформа Государственного банка, в результате которой вес Андрея Ивановича в глазах торгово-промышленного класса вырос ещё больше. Екатеринбургская контора была образцовой, и её поставили во главе Северного района, куда вошли отделения таких городов, как Пермь, Ирбит, Новгород, Вятка, Вологда и даже Архангельск. Осенью 1897 года А. И. Кожевников был возведён екатеринбургской городской думой в почётные граждане города.

Кроме финансовой сферы, Кожевников принимал активное участие и в общественной жизни города. Он стал одним из инициаторов создания екатеринбургского «Дома трудолюбия», открытого в 1897 году на пожертвования частных лиц. «Дом трудолюбия» давал работу и средства к существованию обездоленным людям, в основном детям и женщинам. Много сделал Кожевников и для открытия в городе общественной публичной библиотеки – известной в наши дни «Белинки». А кроме того, благодаря его усилиям, контора Госбанка в Екатеринбурге получила и ещё одно здание.

Прибыв в Екатеринбург в мае 1889 года, Андрей Иванович быстро убедился в том, что имеющееся здание конторы уже не отвечает насущным потребностям учреждения и отрицательно влияет на работу банка. Из-за тесноты клиенты обслуживались крайне медленно, из-за устаревших подходов к организации работы на некоторые операции уходило по три, а то и четыре часа.

«Я был неприятно удивлён, когда узнал, что среди наших клиентов бытовало мнение, что контора Госбанка являет из себя нечто среднее между пересыльной тюрьмой и тесной мышеловкой...» – писал Кожевников министру финансов.

В скором времени он смог убедить вышестоящее начальство в необходимости сооружения нового здания банковской конторы и, получив разрешение, приступил к его строительству. Место для нового здания было выбрано невдалеке от старого, а в качестве архитектора был приглашён отставной военный инженер Иосиф Фальковский, имевший репутацию опытного строителя. За довольно короткий срок Иосиф Львович возвёл каменное двухэтажное здание, которое было освящено 24 сентября 1895 года. Примечательно, что Андрей Иванович Кожевников, стремясь сократить расходы на строительство, привлёк ряд известных уральских предпринимателей «на добровольной, безвозмездной основе», посулив льготы в обслуживании счетов и выделении кредитов. Так, на новом здании конторы Госбанка появились кованые изделия Нижнетагильского завода: решётки ограды и балкона, ворота, некоторые декоративные элементы. Письмо Кожевникова к Е. П. Демидову с просьбой о помощи в строительстве начиналось так:

«Милостивый государь, Елим Павлович! Памятуя о неизменном высочайшем качестве железных изделий ваших заводов и о вашей безупречной кредитной истории в екатеринбургской конторе Государственного банка, смею предложить Вам...»

Правда, до «милостивого государя Елима Павловича» письмо не дошло и положительное решение по нему принимал главный уполномоченный Демидовых в Нижнетагильском заводском округе Анатолий Октавович Жонес-Спонвиль. 

Новое здание вызвало восхищение у клиентов банка, они отмечали убранство коридоров и комнат, увеличение сроков работы конторы и сокращение времени обслуживания, которое сократилось до 15-20 минут. Только за первый год после открытия нового здания клиентура екатеринбургской конторы Государственного банка выросла почти на треть. 

Это здание тоже сохранилось до наших дней (нынешний адрес: проспект Ленина, дом 6 «б»), и так же, как и соседнее, включено в реестр объектов культурного наследия регионального значения. 

Здание по проспекту Ленина, д. 6 «б» 

Оба здания Госбанка за свою историю пережили не одну перепланировку и реставрацию, в ходе которых ряд оригинальных деталей интерьеров был заменён «новоделом». 

В 1902 году Андрей Кожевников стал одним из основателей художественно-промышленной и торговой школ в Екатеринбурге. А два года спустя вдруг объявил о выходе в отставку. После его ухода с поста управляющего екатеринбургской конторы были отменены все льготы, введённые ранее для целого ряда уральских горнозаводчиков, после чего им пришлось получать кредиты на общих основаниях.    

Истинные причины отставки Кожевникова так и остались загадкой. Остаток жизни он провёл в своём имении под Могилёвом и никаких отношений с Екатеринбургом не поддерживал. 

Все последующие годы екатеринбургское отделение Госбанка было самой значительной банковской структурой города. В 1917-м, с приходом к власти большевиков, была проведена национализация банковского дела, однако на судьбе отделения это почти не отразилось: оно сохранилось как подразделение Госбанка. В советский период оба здания занимали различные учреждения, в том числе Областной финансовый отдел, военкомат и другие.