Забытые истории: едва уцелевшая Лисьегорская башня и тайна «юбилейного» танка (часть 1)

Забытые истории: едва уцелевшая Лисьегорская башня и тайна «юбилейного» танка (часть 1)

На этот раз мы возьмём на себя смелость вернуться к нашим предыдущим публикациям, чтобы восполнить те пробелы, которые были допущены по разным причинам. История, как известно, наука неточная, и зачастую у исследователя того или иного вопроса не хватает фактов, документов или иных доказательств для того, чтобы можно было достоверно рассказать об историческом событии. Иногда на поиски недостающего уходят годы, иногда десятилетия, но в конце концов белых пятен в истории с каждым годом становится всё меньше и меньше.

Впрочем, бывает и наоборот — известные всем факты и события в силу каких-то обстоятельств оказываются позабытыми и их приходится «открывать» заново. В этом выпуске мы вспомним некоторые моменты истории нашего города, которые некогда были широко известны, но позже забыты.

В этом году исполняется 200 лет главному символу Нижнего Тагила — Лисьегорской башне. Построенная в 1818 году как часовня в память о безвременно ушедшей из жизни Елизавете Александровне Строгановой-Демидовой (жене Николая Демидова) и не получившая разрешения Синода на освящение, она в 20-х годах XIX века была переведена в разряд хозяйственных построек.


Портрет Елизаветы Строгановой (худ. Jean-Louis Voille)

С той поры башня успела послужить наблюдательным пунктом и астрономической обсерваторией, пожарной каланчой и метеорологической станцией и даже постом артиллерийских корректировщиков. За всё это время строение ни разу капитально не ремонтировалось: демидовские приказчики были уверены, что башня сложена на века. Пока в Нижнетагильском округе хозяйничали Демидовы, за внешним видом башни следили: она была аккуратно оштукатурена, в порядке содержались окна, двери и лестница, ведущая в ротонду. Даже тропки, что вели от подножия горы к башне, были выложены плитняком и крицей.

В начале ХХ столетия в Россию пришёл первый экономический кризис. Чтобы сократить расходы, Демидовы начали распродавать непрофильные активы в Нижнем Тагиле. Лисьегорская башня тоже попала в этот список, но покупателей на неё не находилось и строение передали в пользование земской пожарной дружине.


Лисьегорская башня в начале ХХ в.

До революционных событий 1917-го и некоторое время после башня продолжала служить наблюдательным постом для тагильских пожарных. Но с началом Гражданской войны на Лисью гору обратили своё внимание военные — лучшего наблюдательного пункта и придумать было нельзя. Во время обороны Нижнего Тагила от колчаковцев и белочехов на башне находились корректировщики огня «красной» артиллерии. Чехословацкие артиллеристы, узнав об этом, начали интенсивно обстреливать Лисью гору из орудий. Сколько снарядов было выпущено по башне, сейчас уже не скажет никто, но, по воспоминаниям очевидцев тех событий, земля вокруг башни была буквально изрыта трёх- и шестидюймовыми снарядами, а «два снаряда попали непосредственно в основание башни и причинили ей ущерб».


Башня на Лисьей горе (фото 1918 г.)

После Гражданской войны башню передали в ведение Городской пожарной охраны и в ней был оборудован постоянный наблюдательный пост. Но «владение» башней доставляло пожарным больше хлопот, чем пользы. В особенности донимали руководство пожарной охраны предписания горисполкома о ремонте и реставрации строения за счёт и силами сотрудников пожарной охраны. Но если выполнить косметический ремонт башни тагильским пожарным было ещё под силу, то отреставрировать её они не могли. В 1930 году башню передали в ведение городской метеорологической службы, и до 1940 года тагильские метеорологи вели наблюдение за погодой с вершины Лисьей горы.

Накануне Великой Отечественной войны башню включили в систему МПВО (местной противовоздушной обороны), а в 1941-м МПВО вместе с другими экстренными службами была передана в подчинение НКВД и на Лисьегорской башне появился наблюдательный пункт. Осенью 1942 года, когда войска 6-й армии генерал-полковника Паулюса подошли вплотную к Сталинграду, возникла реальная угроза бомбовых ударов по Уралу вообще и Нижнему Тагилу в частности. В случае захвата немцами аэродромов Саратова и Горького, серийные бомбардировщики люфтваффе «Ю-88» могли за два с половиной часа долететь до Нижнего Тагила.


Башня в 1943 году

В годы Великой Отечественной произошло ещё одно важное событие в жизни Лисьегорской башни: в Москве подтвердили историко-архитектурную ценность строения и рекомендовали областному управлению культуры включить башню на Лисьей горе в перечень памятников архитектуры Свердловской области, а горисполкому Нижнего Тагила — обеспечить сохранность здания...

...После войны, вплоть до 1955 года, на башне находилось оборудование метеорологической службы, а в 1956-м в ней был смонтирован первый в городе телевизионный ретранслятор, и весной 1957 года отсюда началось пробное вещание телевизионного сигнала на Нижний Тагил. Уже тогда строители и радиолюбители, которые занимались установкой ретранслятора, отмечали, что состояние башни оставляет желать лучшего: из кладки выкрашивались кирпичи, полы прогнили настолько, что по ним было страшно ходить, винтовая лестница, что вела в ротонду, была в трещинах, а сама ротонда заметно наклонилась.


Мачта ретранслятора рядом с Лисьегорской башней (фото 1957 г.)

На плачевное состояние памятника архитектуры обратил внимание 2-й секретарь Нижнетагильского горкома партии Анатолий Семёнович Тележук. По его инициативе из Свердловска прибыла авторитетная комиссия, в состав которой входили историки, архитекторы, строители и представители треста «Союзреставрация». После осмотра башни члены комиссии вынесли вердикт: башню необходимо срочно реставрировать. Но очередь в тресте «Союзреставрация» в те годы была огромна: большинство специалистов были заняты восстановлением историко-архитектурных памятников, пострадавших в годы войны, и реставрацию башни пришлось отложить до лучших времён.

Годы шли, ставшая бесхозной башня стремительно разрушалась. В августе 1965-го на Лисьей горе проходили областные соревнования по мотокроссу на приз Черепановых и участникам соревнований предстала полуразрушенная башня. Один из участников тех соревнований Виктор Иванович Лебедев (журналист, корреспондент газеты «Труд») вспоминал позднее:

«На вершине Лисьей горы, которую некоторые местные называют Лысой, стояла старинная башня, находившаяся в ужасном состоянии. Казалось, что она умирает на глазах у всего города, которому, похоже, было всё равно останется потомкам этот кусочек местной истории или рассыплется в прах от времени и равнодушия тагильчан...»


Башня на Лисьей горе (фото 1966 г.)

Городские власти спохватились вовремя. По словам специалистов, если бы башню не начали реставрировать, через год-полтора она бы просто рассыпалась. Весной 1967 года Лисьегорская башня оделась в строительные леса и спасение демидовского наследия началось. Правда, перед горисполкомом встала другая задача, решить которую в то время так и не смогли. Лучший способ сохранить объект, являющийся историко-архитектурным памятником, — это разместить в нём какое-либо учреждение. Но что можно было разместить на 10 квадратных метрах, в здании, где нет ни отопления, ни электричества, ни канализации?


Начало восстановительно-реставрационных работ на Лисьегорской башне (фото 1967 г.)

Первоначально отремонтированную башню было решено оставить открытой для свободного посещения. Для обеспечения порядка городскому Управлению внутренних дел Нижнего Тагила было предписано установить на вершине Лисьей горы пост с круглосуточным дежурством наряда милиции. Но в городском УВД довольно быстро нашли причины, чтобы не выполнять предписание горисполкома: не хватало личного состава, на гору могла заехать не каждая милицейская машина, пост в башне невозможно было использовать в зимнее время...

С 1968 года и в течении десяти лет Лисьегорская башня оставалась открытой для всех. А так как Лисья гора традиционно являлась местом проведения досуга тагильчан, нетрудно догадаться, во что превратили горожане памятник истории и архитектуры областного значения.


В 70-х годах доступ внутрь башни был свободным (фото 1975 г.)

В конце концов «во избежание несчастных случаев и актов вандализма» вход в башню было решено закрыть. Кроме того, как выяснилось, реставрационные работы, проведённые в 1967 году, не были закончены. Тогда, в конце 60-х, специалисты так и не смогли выровнять ротонду башни. Всё, что сделали реставраторы, — уменьшили её наклон. Но полностью избавиться от этого изъяна в то время не смогли. «Кособокая» ротонда простояла на башне вплоть до начала второй реставрации весной 2015 года...

...Другая история, о которой мы хотели бы напомнить читателям, связана с танком Т-34-85, который вот уже несколько лет подряд открывает в Нижнем Тагиле парад военной техники 9 мая.

Официальная история Нижнего Тагила, которая писалась в советские времена, да и городские легенды гласят, что это юбилейный, 35-тысячный танк, сошедший с конвейера завода № 183 им. Коминтерна 25 мая 1945-го и занявший место на пьедестале у проходной «Уралвагонзавода», чтобы 9 мая 1985 года положить начало новой традиции. Историю о том, как накануне празднования 40-летия Великой Победы в Нижнем Тагиле запустили по улицам легендарную «тридцатьчетвёрку», простоявшую сорок лет в качестве памятника, пересказывают на все лады многие российские СМИ до сих пор. История эта каждый год обрастает всё новыми и новыми подробностями, которые часто весьма далеки от истины.

Какова же настоящая история танка, который тагильчане видят каждый год на параде в День Победы?

25 мая 1945 года со сборочного конвейера завода им. Коминтерна, который расположился на территории Уральского вагоностроительного завода, сошёл 35-тысячный танк. Это событие в конце мая 1945-го осветили многие областные и центральные газеты, включая «Правду». Уже 26 мая на имя директора завода, секретаря парткома, главного инженера и председателя профкома поступило приветствие И. В. Сталина в связи с этой трудовой победой и Указ Президиума Верховного Совета ССР о награждении завода орденом Отечественной войны 1-й степени. А на следующий день, 27 мая, на заводской площади состоялся торжественный митинг и парад танков во главе с тем самым 35-тысячным. Тогда же завод был переименован и стал носить имя И. В. Сталина.


Торжественный митинг 27 мая 1945 года на «Уралвагонзаводе» (фото из многотиражной газеты «Коминтерновец»)

Мало кто знает, что «юбилейная» цифра означала не количество танков, выпущенных на производственных площадях «Уралвагонзавода», а общее количество танков, выпущенное заводом № 183 начиная с 1939 года, то есть когда завод ещё находился в Харькове. В Нижнем Тагиле было выпущено всего 25 266 танков Т-34 трёх модификаций. Судьба 35-тысячной «тридцатьчетвёрки» сродни другим танкам, выпущенным в период с 25 по 27 мая — все они были отправлены в воинские части.

Что касается танка, поставленного на пьедестал перед проходной УВЗ и ставшего памятником, то он являлся обычной, «неюбилейной» боевой машиной, сошедшей с заводского конвейера в период между маем 1945-го и августом 1946 года. Официальная история очень редко упоминает и такой факт: открытие танка-памятника на Предзаводской площади «Уралвагонзавода» не было связано напрямую с Днём Победы, а было посвящено... первому празднованию Дня танкиста, хотя мемориальная надпись на постаменте гласила «В память Великой Отечественной войны 1941–1945»…


Танк-памятник на Предзаводской площади УВЗ (фото 1970 г.)

Памятник был открыт 8 сентября 1946 года на торжественном митинге в присутствии руководства завода и Дзержинского района и автора проекта памятника — известного советского промышленного архитектора и графика Александра Николаевича Побединского.  

Именно этот танк, а не «юбилейный» 35-тысячный, и стал тем танком, который в 1985 году положил начало традиции открывать парады военной техники в Нижнем Тагиле легендарной «тридцатьчетвёркой»…

...Говорят, что впервые идея снять танк с постамента для участия в параде, посвящённом Дню Победы, была озвучена ещё в 1975 году. Но партийные органы города высказались категорически против: в то время СССР последовательно проводил политику «разрядки международной напряжённости», президент США Р. Никсон и генсек КПСС Л. Брежнев подписывали договоры о сокращении вооружений и «излишняя милитаризация советских праздников» была крайне нежелательна.

Второй раз идею с танком реанимировали накануне празднования 40-летия Победы. Вступивший 11 марта 1985 года в должность Генерального секретаря ЦК КПСС Михаил Горбачёв с первых дней своего «царствования» старался сломать сложившуюся десятилетиями традицию тотального контроля партии над всем, что происходит в стране, и старался не душить инициативу, исходящую с «мест». Поэтому в 1985-м предложение снять с пьедестала танк и пустить его своим ходом во время проведения торжественных мероприятий, посвящённых 40-летию Победы, партийными органами города и области было встречено более-менее спокойно и даже получило одобрение.

Вопреки опасениям скептиков, боевая машина, простоявшая под дождями и ветрами почти 39 лет, оказалась вполне исправной и после необходимого техобслуживания и заправки самостоятельно сошла с постамента.

Участие легендарной «тридцатьчетвёрки» в праздничных мероприятиях вызвало настоящий фурор у жителей города и гостей Нижнего Тагила, приехавших на торжества. Танк выехал на главную улицу города — проспект Ленина — под знаменем Государственного комитета обороны, которым завод во время Великой Отечественной войны награждался 38 (!) раз. Танк вели ветераны завода братья Г. Т. и М. Т. Болтиновы.


Танк Т-34 и его экипаж на проспекте Ленина 9 мая 1985 года

В нулевых настоящий танк на Предзаводской площади заменили макетом, собранным из деталей, которые остались от прежнего производства. Подмену почти никто не заметил и большинство тагильчан по сей день считают, что «тридцатьчетвёрка», открывающая каждый год 9 мая парад военной техники, и есть та самая 35-тысячная боевая машина, ставшая затем памятником на Предзаводской площади «Уралвагонзавода»...

Дмитрий Кужильный и Сергей Волков специально для АН «Между строк»

Другие выпуски проекта «Город-лабириНТ»

В подготовке материала использованы источники из архивов ГАСО и ГАПК, фото из личных архивов авторов и фондов НТГИА, фото Лисьегорской башни из коллекции А. Ф. Кожевникова