Улица Красноармейская: дом забытого писателя (часть 1)

Улица Красноармейская: дом забытого писателя (часть 1)

Улица, о которой пойдёт речь в этот раз, – одна из самых протяжённых в городе. Почти на три километра тянется она от берега Тагильского пруда до речки Выи, пересекая по пути полтора десятка тагильских улиц и переулков. Если проехать по этой улице на автомобиле, то взгляд не задержится почти ни на чём. Ни тебе памятников, ни достопримечательностей: только магазины и жилые кварталы. Да и название улицы – Красноармейская – не сулит, казалось бы, ничего интересного. Но, как это часто бывает в Тагиле, первое впечатление обманчиво. Улица с «революционным» названием имеет и свою более чем двухсотлетнюю историю, и достопримечательности. Правда, от половины из них остались только легенды и воспоминания, а другую половину ей приходится «делить» с другими улицами Тагила…


Улица Красноармейская в границах улицы Арзамасской
(фрагменты карты Нижнего Тагила 1962 года и электронной карты 2016 года)

История этой улицы началась не в Тагиле. Весной 1762 года Прокофий Демидов неожиданно для многих современников начал строить ещё один завод на Урале – Верх-Нейвинский. За дело старший сын грозного Акинфия взялся с размахом: одна только плотина, перегородившая реку Нейву, имела 415 саженей в длину, 15 – «в толщину» и 8 – в высоту. На заводе Прокофий планировал возвести одну большую домну, две кричных «фабрики» при восьми гонах и девяти молотах, каменную кузню с 13 горнами, а также различные вспомогательные «фабрики» (цеха), хозяйственные постройки и жильё для рабочих. Людей у Прокофия не хватало, и он перевёз на Урал несколько десятков семей из Нижегородчины – из Арзамаса и ближайших к нему деревень. Спустя семь лет Прокофий Демидов решил продать свои уральские заводы, а крепостных перевёл младшему брату Никите Акинфиевичу, который расселил их по своим заводам.
Арзамасцы, среди которых было немало искусных строителей, попали на Нижнетагильский завод, где в ту пору намечалась очередная реконструкция доменного производства. Новоприбывшим выделили участок на окраине посёлка, где вскоре и возникла небольшая слободка. А к началу XIX столетия слободка разрослась в улицу, которая стала называться Арзамасской. Но «рабочей» улица пробыла недолго. Во второй половине XIX века избы работных с улицы Арзамасской стали вытеснять большие, добротные, часто полукаменные дома заводских служащих, приказчиков, купцов, кустарей и подрядчиков. Уже к концу столетия на улице Арзамасской собрался почти весь цвет тагильской интеллигенции и купечества. Здесь выстроили свои дома известный тагильский фотограф Вишняков, не менее известный в посёлке адвокат Кузнецов, купцы Уткин и Шепелев, Гридин и Карташов, Деньгин и Шигин. Объяснялось это отчасти тем, что улица Арзамасская пересекала улицу Александровскую, где формировался деловой центр посёлка, и Базарную площадь, где у большинства купцов стояли лабазы, а у кустарей – их лавки. Но несмотря на то, что жили на Арзамасской люди не бедные, улица слыла одной из самых неблагоустроенных в Нижнетагильском заводском посёлке. Здесь практически не было зелёных насаждений, а с весны и до осени на улице царила непролазная грязь. Замостили Арзамасскую улицу уже после Гражданской войны, а первый сквер появился здесь лишь в 1934 году, когда на месте современного Пионерского сквера был разбит сквер имени Красной Армии.
С середины XIX и до начала XX века улица Арзамасская вытянулась до реки Тагил, где была оборудована переправа. На другом берегу в это место упирался Новый тракт – дорога, по которой продукция Выйского завода отправлялась на Салдинские заводы или в города Среднего Урала и Сибири.
Вот как описывал Новый тракт известнейший тагильский краевед Иван Абрамович Орлов:

«...Жили здесь рабочие Медного рудника и Выйского медеплавильного завода. Улица была застроена деревянными домами на три окна, под железными и деревянными крышами. Проезжую часть постоянно подсыпали шлаком с Выйского медеплавильного завода. Трудно было ездить по такой тряской дороге на лошадях... На всей улице Новый тракт были всего три маленькие частные бакалейные лавочки: Тяжельникова, Анкундинова, Калягина и каменный казённый кабак. Никаких примечательных зданий на улице не было...»


Заметные перемены на обеих улицах начались уже в советский период.
30 апреля 1926 года на пленуме Нижнетагильского Горсовета было принято решение о переименовании улицы Арзамасской в улицу Красноармейскую.


Протокол заседания пленума Нижнетагильского Горсовета от 30.04.1926 г.

Переименование, как было заведено в ту пору, приурочили к пролетарскому празднику Первомая. Вместе с улицей Арзамасской новые названия получили ещё 26 улиц Нижнего Тагила.
А в 1930-м к Красноармейской присоединили и Новый тракт. Правда, присоединили только на бумаге: обе части улицы были разделены рекой, и, чтобы попасть в центральную часть города, жители бывшего Нового тракта были вынуждены пользоваться Маральским мостом, который находился в километре выше, да ещё к тому же был в аварийном состоянии. Городские власти постановили соединить обе части Красноармейской новым мостом и обратились в свердловский трест «Мостострой». Но выполнить заявку свердловчане при всём своём желании не могли – трест был загружен заказами на несколько лет вперёд. Кроме того, смета, выставленная мостостроевцами, оказалась неподъёмной для городского бюджета. Тогда депутаты приняли решение возвести новый мост силами горкоммунотдела. Этот вариант тоже имел свои минусы: в городе не хватало техники, людей, были проблемы с материалами. Тем не менее, Новый мост решили строить своими силами. В 1934-м проект моста был утверждён и начались поиски необходимых материалов. 9 января 1935 года строительство моста началось. За 11 дней были забиты 96 свай, на которых в течение пяти дней и был возведён мост. Кроме немногочисленных работников горкоммунотдела, на сооружении моста трудились и откомандированные рабочие некоторых предприятий и организаций – Роспотребсоюза, «Союзплодовоща», Нижнетагильского холодильника, ВМЗ, учащиеся школ и ФЗУ. Но основной рабочей силой стали солдаты сапёрного взвода Нижнетагильского гарнизона. Открыть движение по мосту решили к VII съезду Советов, который должен был начаться 25 января. Новый мост был рассчитан под нагрузку 2-го класса, то есть мог пропускать через себя пешеходов, гужевой и автомобильный транспорт. Его длина составляла 80 метров, а ширина – 12 метров. Под проезжую часть было выделено 9 метров полотна, для пешеходных тротуаров – по полтора метра с каждой стороны.


Новый мост, или мост имени Красной Армии (фото 1936 г.)

25 января 1935 года Новый мост был торжественно открыт. Первым по мосту прошёл трактор «Сталинец», затем были пущены грузовые автомобили. В тот же день на заседании горсовета мост было решено назвать «имени Красной Армии» (позднее он был переименован в «Красноармейский»). Правда, в народе мост так и остался «Новым». Интересно, что в разные годы в горсовете обсуждался вопрос о прокладке через Новый мост трамвайной ветки, которая должна была соединить центр города с Выей. Был и такой проект, который едва не был реализован.


Заметка в газете «Тагильский рабочий» от 28.01.1935 г. о пуске нового моста

К концу 70-х «Новый» мост пришёл в полную негодность. Движение транспорта по нему было закрыто, а затем мост перестроили под пешеходный, значительно сузив его. В 1990-м мост был признан ветхим и его решили заменить на новый, железобетонный, который был сдан через четыре года и которым тагильчане пользуются до сих пор.

...Раз уж мы заговорили о достопримечательностях улицы Красноармейской, то не рассказать о главной из них никак нельзя. Это дом, в котором жил и работал известный тагильский писатель и журналист Алексей Петрович Бондин – один из самых первых писателей советского периода на Урале. К сожалению, уже два или три поколения тагильчан не просто не знакомы с его творчеством, но и вовсе не знают об А. П. Бондине практически ничего. А ведь были времена, причём не столь уж и отдалённые, когда книги писателя можно было купить в магазинах города, а о нём самом рассказывали учителя на уроках «Родного края».


Алексей Петрович Бондин (фото 1939 г.)

Алексей Петрович Бондин родился в 1882 году в многодетной семье рабочего и домохозяйки.
В 1888-м в результате несчастного случая на заводе погиб отец Алексея, а через год умерла и мать. Жизнь в качестве «лишнего рта» в семье брата Павла или старшей сестры Фелицаты была недолгой. Родные сами жили впроголодь. Вскоре Алексея удалось устроить в «Авроринский» приют для сирот рабочих, откуда в 1892 году он отправился учиться в «народную школу». «Народная школа» в те времена давала начальное образование и азы производственного обучения. Закончить её будущему писателю так и не удалось: чтобы хоть как-то выжить, Алексей был вынужден пойти на завод, едва ему исполнилось 14 лет.
На заводе он проработал неполных шесть лет. В разгар экономического кризиса 1901-1902 гг. его в числе ещё сотни малоквалифицированных рабочих уволили «до наступления лучших времён». Оказавшись без работы, шестнадцатилетний подросток пошёл скитаться по Уралу. Работать в те годы приходилось везде, где находилось свободное место. Сначала Алексею удалось устроиться на платиновые прииски в Сосьве, а когда он попал под сокращение и там, то перебрался в Надеждинск (ныне город Серов). Но безработица на Урале охватывала всё новые и новые районы. И Бондин решил попытать счастья в Центральной России. В поисках работы он добрался до Петербурга. За два года он поработал на Сормовском заводе, Путиловском и машиностроительных заводах Т. П. Дютиль и Лесснера.
В конце 1904-го Алексей Петрович вернулся в Нижний Тагил. Демидовские заводы тогда начинали вновь работать на полную мощность и остро нуждались в кадрах. Алексей Бондин сравнительно легко устроился слесарем в депо заводских железных дорог, где почти сразу попал под влияние пропагандистов РСДРП. По воспоминаниям современников и товарищей по работе, будущий писатель стал принимать самое активное участие в агитационно-пропагандистской работе. В 1905 году принимал участие в антиправительственных выступлениях, за что был арестован. А после выхода из тюрьмы оставался под надзором полиции вплоть до Февральской революции 1917 года. В этот же период Алексей Петрович начал пробовать себя на поприще литературы.

«Я писал какие-то уродливые стихи... – вспоминал позднее писатель. – Но скоро мне стало понятно, что поэзия – это не моё...»


Бондин начал пробовать себя в других литературных жанрах. Писал небольшие пьесы, драмы, рассказы, в которых старался в доступной форме рассказывать о жизни простых рабочих людей. Критики отмечали, что ранние рассказы А. П. Бондина при всей их художественной незрелости выгодно отличало от других прочное знание автором самой жизни. Привлекала в рассказах и колоритная речь его героев, и простота изложения. Правда, литературная деятельность оставалась для Алексея Петровича чем-то вроде хобби. Он продолжал работать в депо, продолжал посещать запрещённые большевистские кружки.
В 1916 году А. П. Бондин закончил свою пьесу «Беззаконница», которую тут же запретили к постановке, а автора включили в списки на негласный полицейский надзор.
Публиковать рассказы и пьесы Бондина начали только после Октябрьской революции.
В 1919 году он создает пьесу «На пороге великих событий», которую сразу поставили в Нижнетагильском железнодорожном клубе. А с 1920 года в различных журналах начинают выходить его ранние рассказы. О пролетарском писателе Бондине заговорили по всему Уралу. В газете «Уральский рабочий» от 14 октября 1924 года появилась заметка о рабочем писателе из Нижнего Тагила:

«Бондин  с большими наклонностями к драматургии, сейчас у него в рукописях находится несколько пьес, заслуживающих большого внимания...»


В 20-х годах Алексей Петрович публикует ещё несколько драматических произведений: «Недоразумение», «Энтузиасты», «Сон красного воина», «Из недавнего прошлого», «Эмигранты». Затем свет увидели повести «Связчики», «Уходящее», «Матвей Коренистов». Самым крупным произведением тагильского писателя А. П. Бондина стал роман «Лога» – первый советский роман об Урале, о быте старателей и золотоискателей, а автобиографическая повесть «Моя школа», как отмечали многие литературоведы и критики, «положила начало советской детской книге на Урале». Максим Горький назвал эту повесть в числе лучших книг для детей в отечественной литературе.
31 мая 1935 года Алексей Петрович Бондин вместе с женой Александрой Самойловной и дочерью Варей переехали в дом № 8 по улице Красноармейской. Вся усадьба тогда состояла из трёх квартир. Одна, под номером 3, была расположена во флигеле, стоявшем в углу двора. Квартиры под номерами 1 и 2 находились в двух домах, соединённых одной крышей. Их разделяли парадный вход и коридор, относящиеся к первой квартире, куда и заехала семья Бондиных.


Дом № 8 по ул. Красноармейской

Новая квартира очень нравилась Алексею Петровичу. Окна гостиной выходили на городской пруд, Лисью гору, завод; дом располагался на тихой улице вдали от городского шума, что также было удобно – ничто не отвлекало от творческого процесса. Интересно, что вплоть до 1932 года литература была для писателя «работой № 2»: он продолжал трудиться в железнодорожном депо простым слесарем.
В этом доме Бондин редактировал вторую часть романа «Лога», правил и дополнял повесть «Моя школа», здесь были написаны рассказы для сборника «В лесу» и роман «Ольга Ермолаева». В свободное от работы и творчества время Алексей Петрович любил устраивать прогулки в лес, ходить на охоту. Сохранились его фотографии, где писатель запечатлён во время этих походов с охотничьими трофеями.

7 ноября 1939 года Алексей Петрович скоропостижно скончался от общего заражения крови. Похоронили его недалеко от дома. Дочь писателя Варвара уехала к родственникам на Украину, а вдова Александра Самойловна осталась в Тагиле. В то время она работала учительницей начальных классов в школе № 38 и не захотела оставлять учеников в разгар учебного года. А вскоре и вовсе решила остаться, чтобы сохранить для потомков рукописи и архивы мужа. В 1942 году по решению Нижнетагильского горисполкома на доме была установлена мемориальная доска с надписью «В этом доме жил и работал уральский писатель А. П. Бондин. 1882-1939 гг.», а год спустя к Александре Самойловне переселилась её сестра Агафья.


Александра Самойловна Бондина отвечает на письма читателей

С тех пор квартира стала неофициальным музеем Алексея Петровича: её посещали тагильские школьники, гости города, все, кто интересовался творчеством писателя. За годы Великой Отечественной войны в доме побывали многие известные литераторы советского периода – Мариэтта Шагинян, Евгений Пермяк, Павел Петрович Бажов, Бэлла Дижур, Константин Боголюбов, Борис Рябинин и другие.
Интерес к творчеству А. П. Бондина возрастал, и общественность стала ходатайствовать перед городскими властями об открытии дома-музея писателя. Исполком горсовета пошёл навстречу пожеланиям тагильчан, и 23 ноября 1959 года Александра Самойловна Бондина с сестрой переселились в новую благоустроенную квартиру, а в доме № 8 по улице Красноармейской был открыт музей, который существует и по сей день. В настоящее время дом-музей А. П. Бондина находится на территории городского парка отдыха, которому в апреле 1947 года было присвоено имя писателя.
В 1982 году, к столетию со дня рождения Алексея Петровича Бондина, музей при поддержке начальника Нижнетагильского отделения железной дороги М. П. Шапошникова был реконструирован. Сотрудниками Нижнетагильского краеведческого музея была воссоздана прижизненная обстановка комнат, где работал и жил писатель, были открыты новые экспозиции.


Дом-музей А. П. Бондина в 2016 году


Фрагменты экспозиций музея

К сожалению, в последнее время интерес к творчеству Алексея Петровича Бондина заметно упал. О нём не рассказывают в школах, его произведения не переиздаются. Современные литературоведы горько шутят по этому поводу: «Алексей Петрович Бондин – известный уральский писатель, произведения которого никто не читает»...

(Продолжение следует)

Дмитрий Кужильный и Сергей Волков для АН «Между строк» 
Другие выпуски проекта «Город-лабириНТ»