Рудник им. III Интернационала (продолжение)

Рудник им. III Интернационала  (продолжение)

В феврале 1918 года по Нижнетагильскому округу прошла кампания национализации частных предприятий. Для управления отобранных у «буржуев» заводов, фабрик и рудников был создан Окружной деловой совет, в который входили преимущественно авторитетные рабочие и профессиональные революционеры. Инженеров и управленцев в Деловой совет пускали с неохотой, считая их «представителями эксплуататорского класса». Во многом из-за этого национализированные заводы стали повсеместно останавливаться и закрываться.

Весной 1918 года был создан Деловой совет и на треуховских рудниках станции Сан-Донато — добывающем разрезе, и на двух разведочных шахтах, в которых собирались начать добычу медного колчедана, обнаруженного здесь накануне Октябрьской революции. Одним из членов Совета был избран известный тагильский шахтёр и революционер Александр Иванович Каписко. После недолгих попыток организовать производство на разрезе треуховское хозяйство было решено передать в ведение Высокогорского рудоуправления (ВРУ/ВЖР). Однако быстро навести порядок на руднике не удалось, в июне 1918-го работы были остановлены.


Рудник им. III Интернационала (фото начала 1920-х гг.)

Жизнь затеплилась на Сан-Донато вскоре после освобождения Тагила от Колчака, в конце сентября 1919 года.  Списки имущества, оставшегося на бывших треуховских рудниках, удручали: некоторое количество добытой руды, несколько насосов, небольшое количество ручного инструмента, неисправные паровой котел и пожарная машина. Специалисты из Высокогорского рудоуправления тщательно обследовали рудник и вскоре пришли к выводу, что главным богатством этого места является не бурый железняк, а медный колчедан.

Позднее гидрогеолог Высокогорского рудоуправления Александр Васильевич Тутунин вспоминал:

«Когда стало ясно, что под "железной шляпой", разработку которой вели Демидовы и Треуховы, находится довольно большое месторождение медного колчедана, руководство ВЖР приняло решение передать рудник в ведение треста "Центрмедь". Высокогорский рудник к тому времени был занят восстановлением добычи на Высокой и, кроме того, не имел достаточно средств и оборудования, чтобы заниматься ещё и медью».

В 1926 году рудник Сан-Донато был передан Калатинскому медеплавильному заводу (ныне — Кировградская металлургическая компания), который приступил к восстановлению рудника и разработке месторождения. А в 1927-м вблизи рудного тела была заложена шахта «Уралмедь» и создано добывающее предприятие «Медный рудник имени III Интернационала». В августе на-гора были выданы первые килограммы руды и начали строить бараки для рабочих. Название рудника и рабочего посёлка тоже сменили с короткого Сан-Донато на длинное Рудник имени III Интернационала.


Рудник имени III Интернационала (фото 1927 г.)


Шахтёрский посёлок Рудника имени III Интернационала (фото 1930 г.)

А вот железнодорожную станцию Сан-Донато переименовывать не стали.

Станция была узловая, через неё в разные концы Среднего Урала ежедневно проходили тысячи тонн грузов, и изменение названия повлекло бы за собой замену сопроводительных и отчётных документов, породило бы неразбериху и путаницу, которых и без того хватало. Переименование станции решили отложить до лучших времён, но в 1932 году в Нижнем Тагиле появилась новая узловая станция — Смычка, а роль Сан-Донато стала второстепенной. Переименовывать её не стали.

В истории станции Сан-Донато есть один забавный эпизод. 12 сентября 1936 года здесь, в своём служебном вагоне, был арестован первый заместитель наркома тяжёлой промышленности СССР Георгий Леонидович Пятаков. Сразу после ареста оперуполномоченные НКВД телефонировали в Москву о том, что «гражданин Пятаков задержан на станции Сан-Донато» такого-то числа, в такое-то время. Телефонограмма легла на стол наркома внутренних дел Николая Ежова, человека малообразованного, и тот поспешил доложить товарищу Сталину о том, что «враг советского народа» Пятаков успел сбежать в Италию, но «карающая рука органов госбезопасности настигла его и там»...

Одновременно с добычей руды продолжалась разведка окрестных мест, геологам открывались всё новые и новые месторождения. Особенностью рудника являлось то, что рудные тела медного колчедана имели весьма небольшие размеры — от 20 до 200 метров, а сама руда являлась полиметаллической и очень ценной, так как имела большое содержание примесей. Так, например, в одной тонне серномедистого колчедана содержалось 5% меди, 40% серы, 40% железа и до 15% цинка. Кроме того, с той же тонны можно было получить до пяти граммов золота и до ста граммов серебра. Также в руде присутствовали свинец, селен, мышьяк, кадмий, олово, бериллий, молибден, сурьма, теллур.

Учитывая особый состав добываемых руд, в 1931 году Совнархоз РСФСР принял решение вывести рудник в самостоятельную единицу — Рудоуправление имени III Интернационала. Если до 1932 года рудник входил в структуру Калатинского комбината и добытая руда отправлялась на медеплавильные комбинаты Кировграда и Красноуральска, то с 1933 года рудник перешёл на самостоятельное рудничное хозяйство и добываемая руда ехала уже на Карабашский медеплавильный завод, где из неё полностью извлекали золото, цинк и другие металлы.

В структуру Рудоуправления имени III Интернационала входило несколько шахт.

Первая шахта рудника «Уралмедь», открытая в 1927 году и выдававшая медно-цинковую руду очень высокого качества, в 1934-м была переименована в шахту имени Шмидта и проработала до 1955 года. А в 1928 году в пятистах метрах от месторождения медного колчедана была заложена шахта «Серная». В 1932 году начала работу шахта «Динамитная», переименованная в шахту имени XV годовщины Октября, которая просуществовала до 1941 года. 1 мая 1936 года был заложен ствол шахты «Капитальная». Позднее появляются шахты «Новая» и «Ольховка».


Проходческий копёр шахты «Капитальная» (фото 1937 г.)


Шахта «Капитальная» (фото 1950 г.)


Копёр шахты «Серная» (фото 1937 г.)

Новое рудоуправление получило и отдельное финансирование, что позволило не только строить производственные сооружения, но и начать возводить вблизи рудника жильё и объекты соцкультбыта: школу, клуб, баню. В 30-х годах начали формироваться и улицы посёлка — Ульяновская, Сланцевая, Ярославская.


Здание первой начальной школы на Руднике им. III Интернационала (фото 1935 г.)

Во второй половине 30-х Рудоуправление имени III Интернационала постоянно увеличивало добычу руды, за что неоднократно получало благодарности от Совнаркома. Согласно приказу наркома цветной металлургии, на Руднике им. III Интернационала к 1 января 1940 года намечалось увеличить добычу медного колчедана: на шахте им. 15-й годовщины Октября — до 1000 тонн в сутки; на шахте имени Шмидта — до 700 тонн; на шахте «Ольховка» — до 300 тонн; на шахте «Капитальная» — до 650 тонн. Стоит отметить, что с увеличением добычи руды росла и зарплата горняков.

С началом Великой Отечественной войны резко ухудшилось положение с кадрами. Многие шахтёры ушли на фронт, а на их места пришли женщины и подростки. Тем не менее план по добыче не снизился ни на тонну. Люди работали на износ, часто впроголодь, по 10–12 часов в сутки, без выходных и праздников. Большую роль в сплочении коллектива и организации работ играл партийно-хозяйственный актив Рудоуправления им. III Интернационала. А в самый тяжёлый для рудника год — 1942-й — указом Президиума Верховного совета СССР за трудовые заслуги рудник был награждён орденом Трудового Красного Знамени с присвоением звания «Лучший рудник СССР».


Партийно-хозяйственный актив Рудоуправления им. III Интернационала

Кадровые проблемы продолжались на руднике до 1943 года, пока на самых тяжёлых участках работ не начали использовать заключённых, а затем и военнопленных. Согласно архивным данным лагеря для военнопленных № 153, включённого в структуру Тагиллага, в 1944 году 50% работающих под землёй составляли пленные немцы, итальянцы, венгры и японцы. Говорят, что начальник Тагиллага Михаил Царевский лично следил за тем, чтобы военнопленные работали на самых тяжёлых и низкомеханизированных участках работ.

Один из бывших заключённых Тагиллага Иван Степанович Попов вспоминал в конце 80-х:

«Царевский был убеждён в том, что пленные обязаны трудом искупать свою вину перед Советским Союзом и советскими людьми. Он считал, что вина этих людей перед его страной безгранична. Часто случалось так, что по приказу Царя (так называли Царевского за глаза заключённые. — Прим. авт.) с тяжёлых участков работ снимали наших заключённых и заменяли их пленными. Смертность среди них была высокой. Особенно трудно приходилось японцам. Многие из них нашли свой последний приют на "четвёртом интернационале"».

«Четвёртым интернационалом» заключённые называли кладбище посёлка. До сих пор в точности неизвестно, сколько всего человек упокоились в его могилах. Уже в постперестроечный период на кладбище появились мемориалы в память умерших немцев, венгров, японцев.


Мемориал в память венгерских военнопленных (фото 2000-х гг.)


Мемориал в память японских военнопленных (фото 2000-х гг.)

К слову, Михаил Михайлович Царевский прекрасно понимал, что труд неквалифицированных работников не может быть эффективным и высокопроизводительным. Поэтому среди советских заключённых, как правило «политических», администрация Тагиллага вела активную работу по вовлечению их в обучение шахтёрским специальностям. По некоторым данным, около трёхсот бывших заключённых и спецпереселенцев получили от администрации лагеря направления на учёбу в ФЗУ и техникумы, а ещё около двух тысяч окончили курсы повышения квалификации без отрыва от производства.

Лишь в 1949 году положение с кадрами стало исправляться. Во многом это произошло благодаря улучшению социально-бытовых условий и повышению заработной платы. В 50-х, 60-х и 70-х годах в посёлке активно шло строительство жилья, развивалась социальная база. В посёлке были построены клуб, школа, хлебозавод, два стадиона, кинотеатр.


Клуб горняков в 50-х годах


Скульптуры на фасаде клуба (фото 2013 г.)

С Нижним Тагилом посёлок связали два автобусных маршрута. В 50-х и 60-х годах улицы и дворы посёлка активно озеленялись, дороги были вымощены брусчаткой, которая в те годы считалась самым долговечным дорожным покрытием.


Дорога на шахту имени Шмидта, выложенная брусчаткой (фото 2013 г.)


Посёлок Рудника им. III Интернационала на карте 1960 г.

Несмотря на отдалённость от центра города, культурная жизнь в посёлке была весьма насыщенной. Работали библиотека, кинотеатр, кружки и спортивные секции. С размахом и энтузиазмом проводились общегородские и профессиональные праздники: проводы русской зимы, День шахтёра, праздники двора.


Кинотеатр «Кристалл»


Фойе кинотеатра «Кристалл»


Праздник весны на улице Ульяновской (фото 1951 г.)


Проводы русской зимы в посёлке Рудника им. III Интернационала (фото 1960-х гг.)


Во дворе дома по адресу ул. Ульяновская, 42 (фото 1970 г.)

Долгое время в посёлке не было достойного мемориала горнякам, погибшим в годы войны. Причины этого были в основном бюрократического характера. Наконец, в 1970 году горисполкомом было принято решение соорудить такой мемориал к 30-летию Великой Победы. Однако ряд обстоятельств не позволил выполнить это решение в срок. Мемориал открыли 9 мая 1976 года.


Открытие мемориала горнякам, погибшим в годы Великой Отечественной войны, 9 мая 1976 года

Ещё один памятник горнякам появился в посёлке уже в новейшие времена. Он был сооружён на частные пожертвования и установлен в сквере напротив Клуба горняков.


Памятник горнякам в посёлке рудника имени III Интернационала (фото 2013 г.)

В 80-х годах добыча руды на шахтах начала быстро снижаться. Уже в 1985 году ряд специалистов начали высказывать мнение, что Рудоуправление им. III Интернационала придётся закрыть. К этому времени горные работы велись уже на больших глубинах, до 715 метров от поверхности. Старые шахты и выработки страдали от затопления, терриконы были переполнены отходами.


Отвалы шахты имени 15-й годовщины Октября (фото 2015 г.)

В 1991 году в связи с отработкой запасов была закрыта шахта «Капитальная». Рудник стремительно умирал. Некоторую надежду на возрождение рудника давали предложения от различных иностранных инвесторов, которые собирались извлекать полезные ископаемые из отвалов: по некоторым оценкам, только в отвалах шахты «Капитальная» может содержаться до 5 тонн золота. Но дальше разговоров дело не пошло.

Часть оборудования была демонтирована и вывезена, часть осталась похороненной под отвалами, часть была разграблена сборщиками металлолома.


Здание Рудоуправления им. III Интернационала (фото 2013 г.)


Копёр бывшей шахты «Капитальная» (фото 2013 г.)


Ствол шахты имени Шмидта (фото 2015 г.)

В настоящее время от некогда передового предприятия горнодобывающей отрасли остались лишь руины да затопленные шахты и тоннели. Интересуются ими только любители промышленного туризма.

--------------------------

Фото: НТГИА, Александр Бакшаев, Юрий Авдеев, Иван Коверда, Михаил Мишаник