Праздник к нам приходит: тагильские новогодние традиции

Праздник к нам приходит: тагильские новогодние традиции

Традиция праздновать наступление Нового года с 31 декабря на 1 января весьма молодая по историческим меркам — всего-то 317 лет. Это официально, если считать по дате петровского указа, вышедшего в декабре 1699 года. Тогда на Руси-матушке единственный раз за всю её историю Новый год праздновали дважды — сначала 1 сентября, отдавая дань пятисотлетней традиции, а потом с 31 декабря на 1 января.

Справедливости ради надо сказать, что указ Петра I «О праздновании Нового года» далеко не сразу нашёл отклик в сердцах и душах его подданных. Ещё бы! Или встречать Новый год за столами, которые ломятся от яств, приготовленных из только-только собранного свежего урожая, или встречать праздник в последний день поста, когда толком не поесть, не повеселиться. Поэтому ещё более 60 лет со дня выхода указа царя Петра на Руси новой дате Нового года противились, как могли.

В 1720 году в Соборном Уложении — главном своде законов Российской империи — появилось дополнение, предусматривающее суровое наказание за празднование Нового года по-старому, 1 сентября. Ослушников предлагали «пороть лозинами али плетью да сажать в яму, на хлеб и воду». Но с другой стороны, для того чтобы сделать новый праздник привлекательнее, выпускались указы, разъясняющие, как следует встречать Новый год. Чего только не предписывалось делать в городах, сёлах и заводах 1 января: гулять и веселиться с ряжеными, «детишек и взрослых катать на санях, токмо мзду за это не брать», «устраивать жжение огней и фейерверков» и, конечно, украшать ёлки. Интересно, что абсолютно все расходы, связанные с подготовкой и проведением народных гуляний 1 января, ложились на плечи городских бургомистров, сельских старост, а на заводах (был в те времена и такой тип населённых пунктов) оплачивать проведение праздника должен был заводовладелец. При этом на завод мог внезапно приехать государев человек — «камисар» или ревизор — и проверить, как выполняется указ самодержца Всея Руси.

К слову, Демидовы дважды попадали под новогодние «ревизии», по итогам которых «были обременены штрафом». Была на Нижнетагильском заводе и своя новогодняя традиция — стрельба из пушек. Городская легенда гласит, что однажды, накануне Нового года, Никита Акинфиевич Демидов прислал из Петербурга на завод несколько заморских фейерверков и обязал управляющего и приказчиков «сжечь их при большом скоплении народа, дабы люд честной веселью и радости сердца отворил». Но фейерверки только напугали женщин и детей, да ещё едва не спалили заводскую церковь. Тогда, Никита Акинфиевич приказал заменить жжение фейерверков стрельбой из пушек и распорядился отлить для этих целей полторы сотни маленьких сигнальных пушечек. Пушки раздали по дворам, чтобы уже на следующий год, 1 января, стрельбой из них приветствовать наступление Нового года. Так зародилась традиция, которая просуществовала до 1918 года и была упразднена только при советской власти.

Кроме гуляний с песнями и плясками, весь день 1 января в Нижнетагильском заводском посёлке взрослые и дети катались по улицам на санях, запряжённых лошадьми, устраивали игры вроде «царя горы», катались на санях-дровешках со склонов Лисьей горы или на «катушках», установленных на льду заводских прудов.

«Катушкой» называли в XVIII и XIX вв. большую крестовину, к которой крепились восемь коробов, вмещавших по восемь–десять человек. Вращали «катушку» четыре лошади. Этакий вариант современной карусели. У взрослых были развлечения и посерьёзнее: «бои на кулачках» один на один, двор на двор, улица на улицу. Бились, показывая молодецкую удаль, до первой крови, строго соблюдая неписаные правила кулачных боёв.

В самом конце XIX — начале XX столетия, наряду с традиционными гуляньями, большой популярностью в Нижнем Тагиле стали пользоваться святочные маскарады, которые устраивались в заводском и купеческом клубах. В купеческом клубе собирались обычно мещане и купцы. В заводской клуб пускали и рабочих, но по рекомендации старшин или приказчиков. Механизм попадания на такие маскарады был прост: рабочий записывался у мастера или старшины, а затем администрация завода рассматривала каждую кандидатуру. Шансов попасть на маскарад не было у пьяниц, лентяев и даже у «кухонных бойцов». Если администрации становилось известно о том, что работник поколачивает дома жену и детей, дорога на маскарад ему была заказана. Но даже если рабочий проходил сито административного отбора, его могли не пропустить в клуб без маскарадного костюма. Костюмы шили сами, дома, либо брали напрокат в костюмерных мастерских. В ряде случаев человеку могли указать, в каком костюме он должен явиться. Обычными персонажами тех лет на костюмированных вечерах были Коломбина, паяцы, клоуны, Арлекин, Пьеро или представители разных национальностей, населявших Российскую империю.

Новогодняя ёлка была заботой волостных старшин и заводских приказчиков. Ёлки ставились на заводах и на главных площадях районов заводского посёлка. Украшали ели самодельными игрушками, бубенцами и колокольчиками, яблоками и пряниками, покрытыми сусальным золотом или чаще всего завёрнутыми в красивую блестящую ткань. На верхушке ели обязательно устанавливали либо звезду, либо фигуру ангела.   

Свои новогодние ёлки ставили в тагильских школах и училищах, во дворах купеческого клуба и у здания земства.

После Октябрьской революции отношение к новогоднему празднику вообще и к ёлке в частности не один раз менялось. Сначала, в 1919 году, в декрете ВЦИК «Кодекс закона о труде» Новый год и 1 января были объявлены государственными праздниками. В 1927-м, с началом масштабной антирелигиозной кампании, Новый год, Рождество и ёлку заклеймили «прихотью буржуазии» и публичные праздничные гуляния по случаю Нового года были запрещены. В 1936-м праздник реабилитировали. Начало этому было положено постановлением ЦК ВЛКСМ «О проведении вечеров учащихся, посвящённых встрече нового 1936 года». С тех пор запрещать праздник уже никому не приходило в голову. В конце декабря 1937-го в колонном зале Дома союзов в Москве впервые прошла «Кремлёвская ёлка» для детей, на которой присутствовали первые лица государства. Приглашения на ёлку в Кремле получали дети партийно-хозяйственной номенклатуры, передовиков производства, воспитанники детских домов, а также школьники, окончившие полугодие на одни пятёрки.

Кроме «Кремлёвской ёлки», появились и другие, рангом пониже. Праздничные новогодние представления устраивали под патронажем областных, городских и районных Советов народных депутатов, профсоюзных комитетов, отдельных предприятий. Ёлки для детей и для взрослых были разными по содержанию.  

Новогоднее представление для детей и школьников включало в себя обязательные концерт или спектакль, костюмированные игры и хороводы и раздачу подарков.

«Взрослые» ёлки обычно состояли из собрания, на котором подводились итоги уходящего года, концерта самодеятельности или профессиональных артистов, праздничного ужина и бала-маскарада.

Вот как описывала один из таких праздничных вечеров городская газета «Тагильский рабочий» 3 января 1941 года:

«В клубе имени Горького Новый год вместе с железнодорожниками встречали работники советских и культурных учреждений. В двух больших декорированных залах гремела музыка, а среди праздничной толпы мелькали карнавальные костюмы и маски. Вот идут, обнявшись, две девушки в костюмах тирольки и цыганки, за ними стройный ковбой. В большом зале среди танцующих движется на ходулях огромная маска Деда Мороза… На сцене разыгрываются три небольших скетча-миниатюры в исполнении артистов Н.-Тагильского драматического театра.

Ровно в 12 часов открывается занавес. На сцене большой электрифицированный транспарант «1941».

С Новым годом, с новым счастьем, дорогие товарищи железнодорожники! поздравляет конферансье. Джаз-оркестр играет торжественный марш. Начинается концерт».

Если до войны праздничные новогодние мероприятия носили преимущественно ведомственных характер, то уже в первые послевоенные годы ёлки начали постепенно «выходить в люди». «Корпоративы» вышли из моды и уступили место массовым, общенародным праздничным гуляниям. Теперь на предприятиях все торжества ограничивались отчётным собранием, в школах — торжественной линейкой, а в детских садах и яслях — скромным утренником. Зато теперь в каждом районе города устанавливали свою «главную» ёлку и обустраивали «снежный городок» с фигурами сказочных персонажей, горками и аттракционами.

Сначала «снежные городки» строили на любом свободном месте, но с течением лет у каждого «снежного городка» появляется своя традиционная прописка. На Вагонке это площадь перед стадионом, а затем перед дворцом культуры. На Вые снежный городок сначала возводили в парке им. Горького, но места для всех желающих повеселиться там хронически не хватало, и позднее городок переехал на площадь перед ДК «Юбилейный». На Тагилстрое главную ёлку района ставили перед Дворцом культуры металлургов.

Правда, иногда районные власти пробовали строить снежные городки в других местах. Например, в 1978–1979 годах на Вагонке городок и ёлку размещали на площади у кинотеатра «Россия». Новшество так и не прижилось: ёлка и городок мешали и зрителям кинотеатра, и водителям такси, которые на все праздничные дни лишились традиционной стоянки, и жителям ближайших домов.

В Ленинском районе долгое время главная ёлка устанавливалась в городском парке, и лишь с завершением строительства драматического театра и обустройством прилегающих территорий снежный городок начали устанавливать на Театральной площади. Любопытно, что в первые годы в вечернее и ночное время ёлку охраняли милиционеры в костюмах Деда Мороза, Снегурочки и сказочных персонажей: Лешего, Кощея, богатырей Дядьки Черномора. Традиция эта зародилась ещё в 1941 году, но так и не прижилась: кому-то в областном управлении внутренних дел показалось, что ряженые сотрудники патрульно-постовой службы дискредитируют славное имя советской милиции.

В наши дни устроители снежных городков каждый год стараются удивить тагильчан каким-нибудь ноу-хау, никогда не виданным в нашем городе. Это и подсветка ледяных горок и блоков, и ледяные скульптуры, вырезанные скульпторами-профессионалами, и лазерное шоу, и «многоразовая» ёлка.

Нынешнее поколение тагильчан вряд ли представляет себе, какой была главная ёлка города в 50-х, 60-х и 70-х годах. А всё было гораздо скромнее. Саму ёлку долго разыскивали в окрестных лесах: дерево должно было быть высоким, стройным и пушистым, без трещин и других изъянов в стволе. Не каждый раз такую ёлку удавалось найти, поэтому привезённую из леса зелёную красавицу часто «дорабатывали», привязывая к её стволу еловые ветки, или маскировали, развешивая на ней большое количество украшений. В конце 50-х и в 60-е годы электрическими гирляндами украшали только саму ёлку, а весь периметр снежного городка освещался только штатным уличным освещением, которого было явно недостаточно.  


Главная ёлка города и снежный городок (фото 1963 г.)

Помимо электрических гирлянд, ёлку украшали большими стеклянными разноцветными или прозрачными шарами и картонными игрушками, оклеенными блестящей тканью. Первые изготавливали в стеклодувном цехе Нижнетагильского филиала фабрики детской игрушки, который находился на углу Липового тракта и улицы Черных, в зданиях бывших показательных мастерских земского училища. Картонные игрушки, как правило, делали в мастерских драматического театра и театра кукол. Кроме ёлки, на Театральной площади возводили помост, на котором должны были выступать народные творческие коллективы, а также строили снежный городок с обязательными горками для взрослых и детей и фигурой Деда Мороза. В первое время снежные городки были очень скромными: ёлка, помост, фигура Деда Мороза и большая горка, на которой катались и стар и млад.


Праздничные гуляния на Театральной площади 1 января 1961 г.

В 50-х, 60-х и 70-х технологий возведения фигур и горок из искусственно приготовленного льда просто не существовало и главной проблемой устроителей городков была нехватка снега. В те годы, когда погода не баловала осадками, снег заготавливали на специальных полигонах, а затем за десять дней до Нового года свозили на Театральную площадь. Если снега всё равно было в обрез, то горки ставили деревянные, а снег шёл на изготовление фигуры Деда Мороза — неизменного обитателя снежных городков.


Дед Мороз у драматического театра (фото 1977 г.)

Когда снега было достаточно, в главном снежном городке появлялись и другие фигуры — персонажи всенародно любимых мультфильмов или русских народных сказок. Иногда снежные фигуры изображали и достижения страны в народном хозяйстве, науке и спорте. Например, накануне летних Олимпийских игр в Москве в снежном городке появился талисман Игр — Олимпийский мишка.


 Олимпийский мишка — один из главных героев наступившего 1980 года

Надо сказать, что тагильчане всегда стремились сделать главную ёлку города более привлекательной. Так, несколько лет подряд по снежному городку на Театральной площади разъезжала русская печь с лежащим на ней Емелей (эту «роль» исполнял электрокар, взятый на одном из предприятий города). Появлялся здесь и первый паровоз Черепановых, катавший в двух вагончиках детей. Но, наверное, самым легендарным ноу-хау стала Баба-Яга с помелом и вороной на плече, летавшая в ступе над Театральной площадью. Старушка двигала головой и руками, издавала реплики голосом артиста Милляра, а её ступа извергала снопы искр. Появление Бабы-Яги и её исчезновение стало главной новогодней тайной Нижнего Тагила на долгие-долгие годы. Никто толком уже не помнит, когда точно впервые пронеслась старуха над Театральной площадью. Как никто толком не знает, когда она пропала и где находится теперь.


Легендарная тагильская Баба-Яга (дата съёмки неизвестна)

Достоверно известно только то, что придумали и изготовили её работники Нижнетагильского института испытания металлов братья Сергей и Виктор Любушкины и конструктор Александр Гущин. Конструкция по тем временам была весьма сложная и капризная и требовала к себе внимания создателей. Первые год-два специалисты НТИИМ поддерживали Бабу-Ягу в рабочем состоянии, но затем по каким-то причинам перестали это делать. «Бабушка» постоянно ломалась, а чинили её часто случайные люди.

В конце концов, было решено «полёты» прекратить. Бабу-Ягу сняли с троса и отвезли на какой-то склад в надежде отремонтировать. Больше Ягу никто не видел...

Любопытно, что тагильская Баба-Яга была не единственной в своём роде. В 1982 году Баба-Яга появилась над одним из снежных городков Новоуральска. В 1983-м похожая конструкция появилась в Ирбите, а через год и в Свердловске. Об их судьбах также ничего не известно.

В конце 70-х для постройки снежных городков начали использовать ледяные кубы как естественного, так и искусственного происхождения. Часть кубов вырубали изо льда Тагильского и Выйского прудов, другую часть изготавливали на предприятиях города по разнарядке. В кубы искусственного происхождения можно было помещать электролампы, что, безусловно, стало находкой для строителей снежных городков. Впервые ледяные кубы с подсветкой появились в 1977 году и нашли широкое применение в оформлении снежных городков.


Лабиринт снежного городка на Театральной площади с использованием ледяных кубов с подсветкой (фото 1979 г.)


Главная ёлка города в 1978–79 гг.

Разглядывая старые фотографии снежных городков, сделанные 30, 40 или 50 лет назад, и сравнивая их с тем, что мы можем видеть в наши дни, нельзя не заметить, что развитие современных технологий год за годом делает главный снежный городок Нижнего Тагила ярче и красочнее, хотя в то же время лишает его индивидуальности. Снежный городок — 2017 уже ничем не удивляет, кроме, наверное, выбора главной темы оформления городка. Возможно, в будущем устроителям главной городской ёлки следует обратиться за свежими идеями к жителям города? Уж чем-чем, а выдумкой и смекалкой тагильчане славятся уже не одну сотню лет...

Дмитрий Кужильный и Сергей Волков специально для АН «Между строк»

Другие выпуски проекта «Город-лабириНТ»