Котельно-радиаторный завод: от безнадёжного долгостроя до первого госзаказа

Котельно-радиаторный завод: от безнадёжного долгостроя до первого госзаказа

Если вы попросите какого-нибудь именитого краеведа или научного сотрудника музея рассказать вам об истории развития промышленности Тагила в советский период, то непременно услышите о строительстве знаменитых заводов-гигантов УВЗ и НТМЗ, о тяжёлых военных и послевоенных годах, о трудовых победах градообразующих предприятий. Обязательно расскажут вам и историю старого демидовского завода, ставшего в конце концов музейным объектом, и историю колыбели тагильской металлургии — горы Высокой и Высокогорского ГОКа, треста «Тагилстрой», треста № 88, расскажут немного и о Высокогорском механическом заводе. Другие предприятия города вам просто перечислят: «Уралхимпласт», химзавод, НТИИМ, ЗМК... Большой завод — большая история. А небольшое предприятие? Ну что интересного можно рассказать, например, о гормолзаводе или КЖБИ, цементном заводе или трикотажной фабрике? Кроме того, что их уже нет.

Тем не менее история есть у каждого тагильского предприятия, даже небольшого. И часто она не менее интересная, чем история прославленных на весь мир, не единожды орденоносных заводов. Этот рассказ об одном из таких предприятий.  

Первые упоминания о планах строительства на Среднем Урале «завода промсаноборудования» содержатся ещё в рабочих документах Совнаркома СССР за 1939 год. В служебной записке на имя председателя СНК СССР глава Наркомтяжпрома Лазарь Каганович писал:

«Уральский регион и Сибирь испытывают острую нужду в отопительных приборах и оборудовании для котельных. Эта проблема в значительной степени тормозит развитие гражданского строительства — в частности, в Свердловске и в других городах области. В качестве площадок для размещения завода предлагаю рассмотреть города Нижний Тагил, Кушву и Свердловск».

Вскоре после окончания войны, в 1946 году, одним из первых постановлений недавно созданного в стране Совета министров СССР стало решение о строительстве на Урале завода отопительного оборудования. Первоначально завод планировали строить в Свердловске или Качканаре. Однако затем по предложению Министерства промышленности строительных материалов производство решили разместить в Нижнем Тагиле.

И уже 28 марта 1947 года на заседании Нижнетагильского горисполкома принимается решение о выделении места для нового завода:

«Отвести под строительство котельно-радиаторного завода территорию в промышленном районе, рядом с цементным заводом, в количестве восьми га».


Территория, выделенная для строительства завода отопительного оборудования на карте 1959 г.

Но в силу ряда обстоятельств строительные работы на отведённом участке начались лишь 8 лет спустя, в 1955-м. Сначала у государства возникли проблемы с финансированием и начало стройки отложили на два года. Затем ещё на год. Потом интерес к новому производству начали проявлять тагильские гиганты НТМЗ и УВЗ. В Совмин было подано предложение: вместо строительства нового завода организовать производство отопительного оборудования (котлов и радиаторов) на базе НТМЗ. Такой вариант выглядел менее затратным для госбюджета: чугун производился здесь же, не было нужды подводить воду, пар, газовые и электрические сети, отпадала необходимость в строительстве вспомогательных цехов. Началась межведомственная борьба, которая длилась не один год.

Позднее главный инженер главка Минстройматериалов РСФСР Юрий Путилов вспоминал:

«Не меньший, если не больший интерес к производству отопительного оборудования проявлял УВЗ, возглавляемый И. В. Окуневым. Пользуясь своими широчайшими связями в Москве, он убеждал министров, замов, депутатов Верховного Совета в целесообразности развёртывания выпуска этой продукции на уже действующих предприятиях, в частности на “Уралвагонзаводе”. Говорят, у него уже был готов проект строительства двух литейных и одного механосборочного цеха для выпуска отопительных радиаторов и котлов, этот проект Иван Васильевич подавал в Совет министров для рассмотрения».

Министерство промстройматериалов как могло противилось этому натиску и дошло до самого Хрущёва, который «подвесил» вопрос на несколько месяцев. Никита Сергеевич, развернувший по всей стране масштабное строительство жилья, опасался передавать производство отопительного оборудования металлургическим гигантам, понимая, что на НТМЗ и УВЗ радиаторы и котлы, так нужные на стройплощадках Урала и Западной Сибири, будут проходить как товары народного потребления и, следовательно, их производство будет вторичным. К тому же и «Уралвагонзавод», и Ново-Тагильский металлургический завод находились в прямом подчинении других министерств, что не позволяло оперативно управлять производством отопительного оборудования.  

Наконец судьба производства отопительного оборудования на Урале была решена, и в 1955 году на месте будущего завода начались подготовительные работы: территория была обнесена забором, были завезены материалы для опалубки фундаментов и строительные вагончики. Однако вскоре стройка замерла, едва успев начаться. Причины тому были как объективные, так и субъективные, но все они проистекали из одного факта — проект завода, разработанный более 10 лет назад, безвозвратно устарел: производственные помещения были спроектированы под оборудование, которое больше не выпускалось, изменились технологические цепочки, стали иными государственные стандарты.

Завод, продукцию которого ждали не только на Урале, но и по всему Советскому Союзу, к 1958 году прослыл «крепким долгостроем». На заводе, которого ещё фактически не было, за три года сменилось два директора, но положение не менялось.

Руководство города понимало, что с этой задачей может справиться только человек, обладающий незаурядными организаторскими способностями, опытный управленец, волевой, неравнодушный и целеустремлённый руководитель. Стали перебирать кадры, вести переговоры с кандидатами. Но прошло почти полгода, прежде чем подходящий человек нашёлся. Нашёлся, по большому счёту, случайно: на одном из совместных заседаний горкома партии и горисполкома, посвящённых как раз положению с долгостроем, кто-то предложил:

 — А почему не поручить это дело Ярошенко? Он точно справится.

— Справиться-то он справится, но вот согласится ли?..


Владимир Самойлович Ярошенко (фото А. Горькова)

Владимира Самойловича Ярошенко в городе знали очень хорошо.

Участник войны, танкист. После ранения занимался подготовкой танковых экипажей в учебной части под Нижним Тагилом. Работал в городском управлении благоустройства, быстро вырос до главного инженера, а затем и возглавил эту организацию. После создания в городе объединения «Горкомхоз» стал первым заведующим этой организации. Не раз избирался депутатом и членом исполкома горсовета. С 1958-го Ярошенко работал заместителем директора по капстроительству шиферного завода, занимался техническим перевооружением этого предприятия.

В горисполкоме хорошо знали, какие задачи способен решать Владимир Самойлович. Когда встал вопрос о редком сорте гранита с Лезниковского месторождения для памятника Черепановым, он нашёл возможность достать его в необходимом количестве. Он же «выбил» в Москве 20 миллионов рублей (фантастическая в те годы сумма для Нижнего Тагила) для строительства плотины Верхне-Выйского пруда, гидроузлов и канализационных коллекторов. Все прекрасно помнили, что это он за 5 лет навёл порядок в сложном, запутанном и запущенном коммунальном хозяйстве города.

В общем, кандидатура на пост директора строящегося завода всем казалась подходящей. Но вот согласится ли он возглавить, как казалось, безнадёжный долгострой?

«Оказалось, что Владимир Самойлович не просто в курсе проблем котельно-радиаторного завода, но и уже не раз обсуждал с товарищами пути выхода из этой ситуации, — вспоминал позднее первый секретарь нижнетагильского горкома партии Виталий Иванович Довгопол. — Согласие возглавить завод он дал, но попросил поддержки, особенно в кадровом вопросе».

Ярошенко согласился.

В апреле 1959-го появился приказ начальника управления промстройматериалов Свердловского совнархоза о назначении В. С. Ярошенко директором строящегося завода.

«Я прекрасно понимал, что без коллектива единомышленников, без команды профессионалов и специалистов высокого класса мне эту задачу не решить. Предстояло проделать огромный объём работ по изменению проекта, согласованию его в разных инстанциях, финансированию, наконец, — вспоминал впоследствии Владимир Самойлович. — Задача невероятно трудная, но выполнимая, как мне тогда казалось. Я осмотрел стройку и нашёл среди этого безобразия единственный плюс: здесь ничего не надо перестраивать. Потому что перестраивать нечего. Единственным зданием на заводе был туалет. Да ещё повалившийся забор вокруг территории. На следующий день после назначения я обратился к директору цементно-шиферного завода с просьбой выделить нам какое-нибудь помещение, где первое время можно было бы заниматься делами. Просьбу удовлетворили, предоставив нам маленькую комнатку на первом этаже заводоуправления, где ещё недавно хранил свои лопаты и мётлы завхоз».


Вид на котельно-радиаторный завод с территории цементного завода (фото 1990-х гг.)

Первые полгода весь штат будущего завода состоял из двух человек.

Уходя с прежнего места работы, Владимир Самойлович пригласил с собой главного бухгалтера ОКСа цементного завода Александру Александровну Багарядцеву. Она же заменяла Ярошенко в те дни, когда он находился в командировках. Она же обзванивала знакомых и друзей, приглашая их на работу на будущий завод.

«Локомотив строительства набирает ход. В Нижнем Тагиле начались работы на стройплощадке завода отопительного оборудования. Строительством руководит бывший начальник Горкомхоза тов. Ярошенко», — эта крохотная заметка в одном из майских номеров городской общественно-политической газеты осталась почти незамеченной.

Тогда мало кто мог предположить, что через полгода на месте недавнего пустыря закипит работа — сначала в одну смену, а затем и в две, и в три. Уже к концу 1959 года были залиты фундаменты основных цехов завода, заводской столовой и заводоуправления. В. С. Ярошенко за короткий срок сумел добиться от Москвы возобновления финансирования строительства, выбил необходимые стройматериалы и технику.

Активность Владимира Самойловича в кабинетах главка промстройматериалов и Министерства финансов привела к неожиданному казусу: заводу, который только-только начинал строиться, едва не утвердили государственный план на следующий год. В главке почему-то посчитали, что завод уже работает.

Строительство заводских корпусов шло ударными темпами весь 1960 год и половину следующего, 1961 года. Это время стало ещё и периодом становления трудового коллектива будущего завода.


Панорама строящегося котельно-радиаторного завода в ноябре 1960 года. На переднем плане: слева — здание заводоуправления, справа — здание заводской столовой. На заднем плане: слева — литейный цех радиаторов, в центре — цех шихтовых материалов, справа — административно-бытовой корпус механосборочного цеха

Одним из первым тагильчан, пришедших работать на ещё строящийся завод, был ветеран войны отставной подполковник Елизар Михайлович Шумилов, который стал первым в истории завода начальником отдела кадров. Первые месяцы Елизар Михайлович буквально жил на заводе, днём ведя приём желающих работать и обзванивая своих знакомых в поисках нужных специалистов, а вечерами заполняя личные дела принятых на работу и составляя картотеку отдела кадров. Он же занимался формированием первых групп инженерно-технических работников среднего звена для обучения на предприятиях промстройматериалов: среди тех, кто приходил устраиваться на работу, практически никто ранее не работал на заводах и фабриках отрасли. Людей необходимо было обучить работе с оборудованием и познакомить с технологическими процессами. Поэтому в начале 1960 года были сформированы две группы рабочих и инженерно-технических работников, которые были откомандированы учиться на действующие предприятия промстройматериалов в Подмосковье и Липецк. Первую группу возглавил Сергей Степанович Читайкин, перешедший недавно с «Уралвагонзавода» опытный производственник, вторую — Станислав Евгеньевич Яковлев, которому было поручено создать центральную заводскую лабораторию и подготовить людей для отдела главного технолога.

Кадры искали не только по всему городу, но и по всей стране: в Хабаровске и Днепропетровске, в Липецке и Подмосковье, в Киеве и Кирове. Первым «варягом» стал молодой инженер-металлург из Хабаровска Владлен Иванович Шулаев. Он был одним из немногих, кто имел некоторый опыт запуска литейного производства с нуля, и ему было решено доверить сразу две наиважнейшие задачи: установку и наладку оборудования строящегося литейного цеха радиаторов и проведение первой пробной плавки.

Для проведения пробных плавок в отдалении от основных цехов (на этом месте затем построили административно-бытовой корпус энергоцеха) был возведён опытный литейный участок. Первый же официальный трудовой день Владлена Ивановича на заводе совпал с пуском опытного участка и отливкой первых секций радиатора.

«Первый металл, первые отливки секций радиатора произвели мастер опытного участка Юрий Фомич Ерофеев, вагранщик Алексей Петрович Поспелов, формовщик Михаил Александрович Новгородцев и будущий начальник цеха радиаторов Владлен Иванович Шулаев, — вспоминал в середине 1970-х годов старший мастер плавильного участка цеха радиаторов Василий Борисович Серченков. — Правда, не обошлось без накладок. Начали заливать металл в форму, как он стал уходить из формы — оказался маловат груз. Тогда Владлен Иванович сам запрыгнул на форму, придав ей тем самым дополнительный вес».


Уникальная фотография. Выпуск первого металла на опытном плавильном участке котельно-радиаторного завода (фото 1961 г.)

В течение февраля — мая 1961 года на опытном участке было отлито около 30 тысяч радиаторных секций, на которых отрабатывались процессы гидроиспытаний, сборки и эксплуатации радиаторов отопления. Результаты испытаний вместе с образцами были отправлены в Москву, где продукция завода получила высокую оценку. В сентябре из столицы пришла другая добрая весть: Минфин выделил средства на строительство жилья для заводчан. Теперь у В. С. Ярошенко появилась новая забота: выбить у горисполкома место для строительства жилых домов.  

Так как подавляющее число работников завода пришли с предприятий Дзержинского района и проживали на Вагонке, то и дома было решено строить там же. Горисполком не возражал, однако окончательное решение вопроса оставалось за Дзержинским райисполкомом. Ярошенко попросил выделить место вблизи лесопарковой зоны Пихтовых гор. Но, как оказалось, почти все пригодные для строительства места были уже распределены и включены в перспективный план развития, за исключением небольшого участка заболоченной низины, который никак не удавалось осушить. А те участки, которые райисполком был готов предоставить «хоть сейчас», находились едва ли не у самого забора «Уралвагонзавода». В конце концов Владимир Самойлович согласился на небольшой участок между улицами Тельмана, Орджоникидзе и Дмитрова (последняя ныне застроена). Здесь было запланировано построить четыре трёхподъездных пятиэтажки, одна из которых должна была быть общежитием, и детский комбинат.


Участок под застройку, выделенный КРЗ, на карте 1960 г.

Застраивали и благоустраивали участок в течение семи лет.

Собственными силами завод построил общежитие (ул. Тельмана, 1) и шлакоблочную пятиэтажку с одно-, двух- и трёхкомнатными квартирами (ул. Тельмана, 3). Ещё два дома (ул. Орджоникидзе, 10 и 12) и детский сад «Весёлый улей» строились уже на паях с трестом № 88.

В декабре 1961 года был пущен в строй первый цех нового завода — литейный цех радиаторов. Кроме него, на территории завода были построены первая очередь заводоуправления, заводская столовая, компрессорная № 1, участок сборки радиаторных печей. Заканчивалось строительство механосборочного цеха и цеха шихтовых материалов, к заводу были подведены железнодорожные пути.


Железнодорожные пути и заводская столовая (фото 1980-х гг.)

После этого первоочередной задачей стало завершение строительства второго цеха основного производства — литейного цеха котлов. А уже в феврале 1962-го заводу был «спущен» первый государственный план — 1150 экм (эквивалентных квадратных метров) для радиаторов.

Продолжение следует…