Котельно-радиаторный завод: модернизация и промышленная эстетика

Котельно-радиаторный завод: модернизация и промышленная эстетика

Пуск в работу литейного цеха радиаторов стал заметным событием в городе. Горисполком и ГК КПСС отрапортовали в Свердловск об успешном завершении ещё одного долгостроя. Свердловск доложил в Москву, и сразу после новогодних праздников Совмин потребовал от руководства завода в течение ближайших двух-трёх лет запустить на Нижнетагильском котельно-радиаторном заводе производство котлов и за это же время перейти на производство новой марки радиаторов — М-140.


Центральная улица НТКРЗ (фото 2012 г.)

Тем временем на заводе начинался период «детских болезней», с которыми сталкивались многие заводы и фабрики Советского Союза, построенные с нуля: пока рабочие освоили оборудование, пока вошли в производственный ритм все службы завода, пока участки добились согласованности производственных процессов. Однако очень скоро проявились и куда более серьёзные проблемы. Заводу не хватало электроэнергии, воды, газа. Собственный теплоцентр только-только начинали строить, и работающая первая очередь цеха радиаторов отапливалась с помощью бочек с коксом. Поставить на цеховые ворота тепловую завесу тоже не было возможности: электроподстанция завода не справлялась с повышенными нагрузками. Даже помыться после рабочей смены в первое время было проблематично. О горячей воде и паре пришлось договариваться с соседями. Заводу не хватало сжатого воздуха: в проекте завода фигурировали устаревшие, малопроизводительные компрессоры.

Все заботы об энергетическом обеспечении котельно-радиаторного завода легли на плечи Юрия Николаевича Курзанова, инженера-электрика, пришедшего на предприятие одним из первых, ещё тогда, когда не было ни завода, ни коллектива. Он был принят на должность главного энергетика в марте 1960 года и проработал на заводе более 30 лет. Помимо своих основных обязанностей, Юрий Николаевич Курзанов был бессменным председателем комитета народного контроля, возглавлял квалификационную комиссию.

«Где-то в середине 80-х произошёл забавный случай, — вспоминал бывший начальник ОТК Иван Васильевич Хотченков. — Молодая табельщица написала начальнику отдела кадров докладную о том, что один из работников завода использует поддельный пропуск. На КРЗ в то время работало более 3,5 тыс. человек, табельные номера давно уже четырёхзначные, а этот пропуск за номером 5, в графе «место работы» значится просто «з/управление», и на фотографии в пропуске совсем другой человек. Пропуск за номером 5 был выписан Юрию Николаевичу Курзанову, а молодая табельщица долго не могла поверить в то, что человек проработал с самого основания завода, на одном месте более 25 лет».

Неоценим был вклад Юрия Николаевича и в создание на заводе энергоцеха. Отлично разбираясь в людях, он обладал талантом разглядеть в них потенциал руководителя. Так получилось с молодым выпускником челябинского техникума Альбертом Перминовым, которому было поручено создать участок по ремонту и испытанию электродвигателей. Молодой специалист в короткий срок сумел организовать работу участка, а вскоре и возглавил его. Более четверти века Альберт Григорьевич возглавлял электроремонтный участок энергоцеха. Был награждён орденом Трудового Красного Знамени.


Ю. Н. Курзанов и А. Г. Перминов (фото из заводской многотиражки «За прогресс!», 1987 г.)

Ветеран войны Михаил Сергеевич Панов был принят на завод аккумуляторщиком. Через неделю он вышел к руководству предприятия с предложением организовать участок зарядки аккумуляторов и ремонта электромеханических погрузчиков. Так на заводе появилась служба, без которой через год уже нельзя было представить его работу. Михаил Сергеевич Панов продолжал трудиться и после выхода на пенсию. Свою трудовую карьеру он закончил в возрасте 75 лет.

Пока на предприятии работала только первая очередь цеха радиаторов и участок сборки, острой необходимости во вспомогательных цехах не ощущалось, с задачами вполне справлялась бригада ремонтников цеховой службы механики. Но в ближайшей перспективе, после пуска 2-й очереди цеха радиаторов и запуска производства котлов, труб и фасонных частей, вспомогательные цеха — ремонтно-механический, инструментальный и ремонтно-строительный — были необходимы как воздух. Без них себестоимость готовой продукции могла вырасти на 25–40%, а заводу грозили простои, что было недопустимо. И это было серьёзной проблемой.

Ещё одна проблема — низкий уровень механизации производственных процессов. Объяснялось это тем, что проект завода начали разрабатывать ещё в 1940 году, когда и оборудование было другим, и требования к технологическим процессам были не такими высокими. И хотя проект дважды был переработан в 50-х годах, в 60-х он уже выглядел анахронизмом. И главное: по этому проекту уже нельзя было построить другие литейные цеха: цех котлов и цех труб и фасонных частей. Просто потому, что оборудование, заложенное в проекте, уже не выпускалось. Оставалось два пути выхода из создавшегося положения: или отдать проект на переработку и потерять два года, или производить модернизацию своими силами, для чего не было ни специалистов, ни средств.

В январе 1962-го Ярошенко обратился за помощью в Министерство стройматериалов с просьбой откомандировать с предприятий отрасли в Нижний Тагил несколько специалистов, которые могли бы помочь молодому заводу провести модернизацию, не останавливая производства. Ответ из Москвы неприятно удивил тагильчан: руководству КРЗ предложили... самим договариваться с родственными предприятиями. Тем не менее из Нижнего Тагила были отправлены телеграммы на все заводы Министерства стройматериалов. Больше половины из них осталось без ответа. Однако поиски продолжались. Удалось договориться с руководством ряда металлургических предприятий Липецка, Харькова, Днепропетровска, Хабаровска, которые пообещали помочь с кадрами.

Надо сказать, что в первые годы становления завода борьба за кадры не прекращалась ни на день. Молодые специалисты после окончания вузов и ссузов приезжали в Нижний Тагил в немалом количестве, но за них сразу же начиналась борьба между предприятиями. Переманивали обычно обещаниями высоких зарплат, предоставлением благоустроенного жилья, возможностью быстрой карьеры. Побеждали в этой «охоте за головами», как правило, те предприятия, которым было что предложить. Котельно-радиаторный пока предложить ничего не мог. Поэтому многие из тех, кого удалось заманить на завод, столкнувшись с трудностями, пусть даже небольшими и решаемыми, сразу рассчитывались.

«Завод задыхался без квалифицированных кадров. Молодых специалистов, присланных по распределению, всеми правдами и неправдами забирали УВЗ и НТМК, — вспоминал через десять лет Владимир Самойлович. — Не хватало опытных организаторов, способных сплотить молодой коллектив завода. Однажды, в декабре 1961-го, когда уралвагонзаводцы “увели” у нас очередного молодого специалиста, я отправился “пошуметь” в горком партии. И тогда у первого секретаря горкома возникла идея поискать нужных нам людей среди кадров аппаратов райкомов партии и комсомола. Этакий “оргнабор” в городском масштабе. И ведь получилось! Правда, набрали тогда немного, но зато каких людей!»

Одним из тех, кто пришёл на котельно-радиаторный завод по этому «оргнабору», был молодой 3-й секретарь Тагилстроевского райкома партии Георгий Иванович Кужильный. Окончив с отличием УПИ, он успел поработать на «Уралмашзаводе», отслужить в армии, поработать на целине (за что был награждён знаком ЦК ВЛКСМ), а также проработал полтора года секретарём Свердловского горкома комсомола. Предложение перейти с оргработы на производство Георгий Иванович принял — и сразу был назначен начальником производственного отдела КРЗ. Через полгода, узнав производство и разобравшись с внутризаводскими связями, он вышел к руководству завода с рядом предложений по техническому усовершенствованию отдельных участков производства радиаторов. После того как эти предложения были реализованы и дали заметный эффект, В. С. Ярошенко предложил ему возглавить строительство цеха котлов.


Начальник цеха котлов и изделий из ковкого чугуна Кужильный Г. И. (фото 1972 г.)

Задача осложнялась тем, что проект цеха безнадёжно устарел. В короткий срок необходимо было внести в него изменения, согласовать их в вышестоящих инстанциях, построить цеховой корпус и разместить в нём оборудование. В главке полагали, что за три года такой объём работ выполнить невозможно. Однако новый начальник цеха считал иначе. Посоветовавшись со специалистами и с коллективом, сделав расчёты и составив графики выполнения строительных и монтажных работ, он полагал, что запустить в работу цех можно почти на год раньше. Руководство завода приняло эти предложения.

По сути, Георгий Иванович предлагал в первую очередь построить цеховые корпуса и установить самое необходимое оборудование, а остальное вводить в строй постепенно, на ходу модернизируя производственные цепочки. Как вспоминали впоследствии ветераны цеха, это была сложная, но в то же время интересная и даже творческая работа. Инженеры и мастера допоздна засиживались за чертежами, выходили на работу в две смены, в выходные дни. Когда что-то не получалось, вместе  искали просчёты, ошибки и устраняли их.


Старший мастер литейного участка цеха котлов В. К. Балбашев и Г. И. Кужильный на плавильном участке цеха (фото 1963 г.)

Итогом этой напряжённой работы стала досрочная сдача цеха государственной комиссии. В 1964 году была произведена первая плавка чугуна и отлиты первые секции водогрейного котла. Вскоре цех получил первый государственный план, с которым справился тоже досрочно. А мероприятия по модернизации производства продолжались. Без остановки цеха был завершён комплекс работ по механизации изготовления стержней, была проведена реконструкция системы транспортировки формовочной смеси и утилизации газов, заработали конвейеры на литейных участках.


Участок заливки на «малом» конвейере цеха котлов (фото из заводской многотиражки «За прогресс!», 1987 г.)


Главный конвейер цеха котлов (фото 1988 г.)


Участок ручной заливки главного конвейера цеха котлов (фото 2000-х гг.)

За два года уровень автоматизации и механизации трудоёмких процессов в цехе достиг 85%. А таких высоких показателей в те годы не было даже на флагманах уральской индустрии — заводах Уралмаш, УВЗ и НТМК. Ещё одним немаловажным моментом было то, что и строительство цеха, и мероприятия по его модернизации были произведены без привлечения дополнительных средств, полностью за счёт внутренних резервов предприятия.


На собрании рабочей группы цеха котлов по модернизации производства. Слева направо: парторг цеха Баринов А. И., старший мастер плавильного участка Пантюшев Ю. В., председатель завкома НТКРЗ Ушаков П. К., старший механик цеха Ременец Д. С., начальник цеха Кужильный Г. И. (фото 1973 г.)

«Цех строили, переделывая проект на ходу. Причём от внимания участников рабочей группы по модернизации производства не ускользали даже мелкие детали, — вспоминал в 80-х парторг цеха котлов Александр Иванович Баринов. — Сейчас мало кто помнит, что первоначально крыша цеха была составлена из застеклённых рам. Это давало дополнительное освещение в светлое время суток и позволяло существенно экономить электроэнергию. Раз в неделю хозбригада поднималась на крышу цеха и отмывала стёкла от пыли и копоти».

Сразу после пуска цеха котлов на собрании трудового коллектива была принята предложенная Г. И. Кужильным концепция «культуры производства и промышленной эстетики». Реализовываться она начала «снизу». Сами работники цеха начали следить за чистотой на участках, следили за тем, чтобы их рабочие места были удобны, выходили на субботники по благоустройству и озеленению прилегающей к цеху территории. Многие приносили из дома комнатные растения, и вскоре даже на литейных участках появились свои «оранжереи». На участках цеха были оборудованы места отдыха, где в ожидании, когда «сварится» металл, можно было попить чаю, почитать газету или сыграть партию в шашки или шахматы. В цехе была открыта своя столовая, работала мастерская по ремонту обуви и одежды, медпункт, установлены «фонтанчики» с питьевой артезианской водой и автоматы-сатураторы. Очень скоро перенимать опыт и учиться «промышленной эстетике» стали приезжать директора других тагильских заводов, в том числе «Уралвагонзавода», и специалисты из других городов: Запорожья, Липецка, Киева, Хабаровска. Приезжали учиться и зарубежные коллеги: из Югославии, ГДР, Польши.

Делегация из СФРЮ знакомится с концепцией «культуры производства и промышленной эстетики» на Нижнетагильском котельно-радиаторном заводе (фото 1976 г.)

«Увлечение» промышленной эстетикой положительно сказывалось и на выполнении госплана. За десять лет, в течение которых цехом руководил Георгий Иванович Кужильный, не было ни одного случая невыполнения плана. При этом в цехе не прекращались работы по усовершенствованию и замене оборудования, внедрению новых технологических процессов, улучшению условий труда. В цехе раз в неделю собиралась рабочая группа по модернизации производства. А вскоре появилась и своя ячейка ВОИР (общества изобретателей и рационализаторов), результатом работы которой стало появление «Энергии-2» и «Энергии-2М» — первого и единственного в СССР всетопливного котла.


Секции котла «Энергия-2»

Тем временем штат завода вырос до одной тысячи человек и продолжал расти.

Вошла в строй 2-я очередь цеха радиаторов, что позволило без остановки производства освоить новую марку радиатора. Были укомплектованы многие службы: отдел технического контроля и отдел главного технолога, расчётный отдел и бухгалтерия, газовая служба, центральная заводская лаборатория.

О последней службе стоит сказать отдельно. Создание её было поручено Станиславу Евгеньевичу Яковлеву, одному из первых специалистов, пришедших на завод в начале его становления. И он за очень небольшое время сумел собрать и сплотить один из самых стабильных коллективов КРЗ. Елизавета Степановна Черноус, Антонина Степановна Платунова, Валентина Сидоровна Агапеева проработали на заводе более 25 лет, являлись наставниками молодых работниц, снискали почёт и  уважение со стороны заводчан, неоднократно отмечались премиями и почётными грамотами.

Коллектив центральной заводской лаборатории НТКРЗ (фото конца 1970-х гг.)

Коллектив ЦЗЛ практически круглосуточно стоял на страже качества выпускаемой продукции, от профессионализма его работников напрямую зависело выполнение государственного плана и, соответственно, благосостояние всего предприятия.

Безусловно, в период становления завода случались и просчёты, и аварии, и несчастные случаи. Каждый такой случай тщательно разбирался, анализировался, и по итогам анализа принимались соответствующие меры. Не раз завод находился на грани остановки из-за халатности смежников. Так, однажды Кичигинский ГОК забыл включить в план добычи песков заявку Нижнетагильского котельно-радиаторного завода. И хотя замену кичигинским пескам нашли, качество формовочной смеси ухудшилось, что сразу же привело к увеличению брака.

Тем не менее по итогам соцсоревнования в 1965 году Нижнетагильский котельно-радиаторный завод был признан лучшим в отрасли производства строительных материалов.

Продолжение следует…

Сергей Волков специально для АН «Между строк»

----------------------------

Фото: Сергей Алексеев, Анатолий Швец, Николай Семёновых, Игорь Харьков, а также фото из личного архива Дмитрия Кужильного. All rights reserved!