Имени Октябрьской революции (продолжение)

Имени Октябрьской революции (продолжение)

Первый российский экономический кризис довольно сильно ударил по отечественной промышленности, но уральские предприятия пережили его намного легче, чем заводы европейской части страны. Одним из первых оправилось от последствий кризиса демидовское хозяйство. Благодаря связям Елима Павловича и посредничеству родственников жены, тагильские заводы получили от казны несколько крупных заказов, в том числе и военных. Крупнейшие банки Российской империи открыли для Демидовых кредитные линии, и Елим Павлович поспешил на Урал, чтобы на месте составить план модернизации своих заводов.


Нижнетагильский завод (фото начала ХХ вв.)

Получив от казны более 750 тысяч рублей аванса и взяв в банках ссуды на 300 тысяч рублей, последний владелец тагильских и луньевских заводов намеревался с 1909 по 1916 год модернизировать Салдинские заводы, Нижнетагильский железоделательный завод и его заводы-сателлиты, построить шахту в Егоршино и железнодорожную дорогу до Алапаевска. В планах «заводчика поневоле», как он сам себя называл, было также строительство небольшого механического завода в Невьянске, где Елим Павлович хотел выпускать оборудование для металлургических предприятий, и электрификация своего горнозаводского хозяйства.

Любопытно, что начавшаяся в 1914 году Первая мировая война не остановила глобальную модернизацию демидовских заводов, а лишь несколько замедлила её ход. И только после Февральской революции, поняв, что в стране наступили «смутные времена», Елим Павлович соглашается с акционированием своих заводов и их продажей. Процедура акционирования завершилась в августе 1917-го, а через два месяца большевики взяли власть в свои руки и началась национализация предприятий...

К модернизации производства Елим Павлович Демидов приступил весной 1910 года.

Для этого на Урал были приглашены специалисты в области металлургии и горнодобывающей отрасли из Соединённых Штатов, Франции, Германии, а также несколько российских инженеров, зарекомендовавших себя на металлургических предприятиях Подмосковья, Петербурга и Гатчины. А первым шагом грядущих перемен стала ротация управленческого состава Салдинских заводов, которую Елим провёл лично, прибыв на Урал вместе с женой Софьей Илларионовной и дядей Юрием Степановичем Нечаевым-Мальцовым. По окончании ротации заводовладелец отправился в Алапаевск, чтобы дать старт ещё одному своему проекту — строительству железнодорожной ветки Алапаевск — Нижний Тагил, которое было завершено в 1912 году. Из Алапаевска Елим Павлович поехал в Егоршино на закладку шахты, впоследствии названной в честь его супруги «Софьей», и электростанции, которые вступили в строй в 1913 и 1914 годах соответственно.


В центре, на переднем плане: Елим Павлович Демидов и Софья Илларионовна Демидова-Дашкова во время приезда в Верхнюю Салду в 1910 году


Строительство водозаборного сооружения Егоршинской ГРЭС (фото 1913 г.)

В 1913 году заработала электростанция и на Нижнетагильском заводе. Электричество, производимое ею, в первую очередь предназначалось для производственных нужд самого завода и Высокогорского рудника, но земские власти и некоторые представители тагильского купечества считали, что мощности электростанции должно хватить и для нужд самого заводского посёлка.

«В последнее время Верхотурское земство взялось докучать нам просьбами о выделении электроэнергии для реализации своих прожектов освещения улиц в Нижне-Тагильске электрическими фонарями», — писал Елим Павлович в 1914 году брату Анатолию. — При этом покупать электроэнергию по её реальной цене не желают, а предлагают втрое меньшую цену, взывая к моим чувствам патриота и радетеля родного края...»

Заводское электричество всё-таки пришло в посёлок, но через три года, когда были увеличены мощности электростанции. Сначала оно появилось в здании правления заводов, а затем и на ряде улиц посёлка, таких как Александровская, Тагильская, Этапная.


Здание электроцеха на территории Нижнетагильского завода (фото 2016 г.)

Модернизация производства сразу сказалась на выпуске продукции. В 1913 году Нижнетагильский завод произвёл более 32 тысяч тонн чугуна, 20500 тонн стали и 3500 тонн проката. Для сравнения: в 1910 году завод выпустил всего чуть более пяти тысяч тонн чугуна.

В этот недолгий период подъёма демидовских заводов на Урале судьба вновь свела Елима Павловича с улицей Басанина. Дело в том, что из кризиса Уральская горнозаводская железная дорога выходила дольше уральских заводов: не хватало вагонов для перевозки грузов, подвижной состав и парк паровозов оказался изношен, не хватало рабочих рук. Поэтому на станциях зачастую скапливалось большое количество грузов, ожидающих отправки. Станция Нижний Тагил не была исключением. Склады, принадлежащие Уральской ГЗЖД, были забиты транзитными грузами, а ожидать отправки казённых заказов под открытым небом было небезопасно. И тогда по распоряжению Елима Павловича управляющий тагильскими заводами взял в аренду «две казённые десятины пустовавшей земли» на углу улиц Басанина и Заводской и построил там склады, где в 1909–1910 годах и хранилась в ожидании отправки продукция демидовских заводов. Но, как только работа железной дороги перестала вызывать нарекания, склады были заброшены и позднее проданы на дрова.

Год 1913-й принёс Елиму Павловичу печальную новость: 23 октября в возрасте 78 лет скончался его дядя Юрий Степанович Нечаев-Мальцов. Всё своё многомиллионное состояние, заводы и роскошную усадьбу в Полибино он ещё при жизни завещал «дорогому племяннику Елиму», однако после похорон выяснилось, что незадолго до смерти Юрий Степанович переписал завещание, согласно которому часть недвижимости, в том числе знаменитый Гусевский хрустальный завод и усадьба в Полибино, отходила графу Игнатьеву, который приходился покойному дальним родственником. Наследники собирались было начать тяжбу, но в скором времени решили не выносить сор из избы и даже подружились. Павел Николаевич Игнатьев в 1915 году стал Министром народного просвещения Российской империи и решил превратить доставшуюся ему усадьбу в большой музей. В Полибино к тому времени уже действовал музей Куликовской битвы, а также находилось первое в мире «сооружение гиперболоидной конструкции» инженера Шухова, которое Нечаев-Мальцов купил у Владимира Григорьевича на Нижегородской ярмарке в 1896 году (прообраз знаменитой в советские годы Шуховской телебашни на Шаболовке). В самом здании усадьбы Игнатьев задумал открыть галерею искусств, где должны были экспонироваться картины Репина, Айвазовского, Коровина, Поленова, Васнецова и других русских художников, бывавших в Полибино. Для этого было необходимо капитально отремонтировать дом. Игнатьев обратился к Елиму Павловичу с просьбой изготовить несколько железных балконов, лестничных маршей, декоративных балок и колонн, которые должны были заменить прогнившие деревянные. Демидов выполнил просьбу «новообретённого родственника», при этом не взяв за исполнение заказа ни копейки.


Изделия Нижнетагильских заводов в усадьбе Полибино (фото 2013 г.)

Полностью завершить модернизацию своих заводов Демидову помешала Первая мировая война.

Иностранные специалисты разъехались, на заводах и рудниках начал наблюдаться дефицит рабочей силы. Часть вспомогательных заводов пришлось полностью остановить. Чтобы избежать банкротства, Демидовы продают ряд рудников и приисков в Нижнетагильском округе, выставляют на продажу передельные заводы в Нижегородской губернии и Подмосковье. По совету брата, Анатолия Демидова, который на тот момент занимал должность управляющего «Русского для внешней торговли банка», Елим Павлович переводит все капиталы за границу, в банки Швейцарии, Швеции и Франции. Однако работы по модернизации на заводах Нижнетагильского округа продолжались вплоть до февраля 1917-го.

Год 1917-й Елим Павлович встретил в чине действительного статского советника и должности посланника в Греции. После октябрьского переворота он принял решение не возвращаться в Россию. Благодаря связям, налаженным в среде греческой аристократии, он неплохо устроился в Афинах. В 20-х годах его имя весьма часто оказывалось на страницах многочисленных русскоязычных эмигрантских газет: Елим Павлович то и дело выступал в роли благотворителя, помогал эмигрантам из Советской России найти работу в Греции или в Италии, познакомил своего племянника Павла Карагеоргиевича с принцессой Ольгой Глюксбург, а также способствовал их браку. Его супруга, Софья Илларионовна, также занималась благотворительностью. В её ведении было несколько пансионатов для русских солдат, получивших увечья в годы мировой войны. В 1923 году Софья Демидова издала книгу своих воспоминаний.


Софья Илларионовна Демидова (фото 1910-х гг.)

В конце 20-х годов Елим Павлович отошёл от политики. Всё своё свободное время он посвящал шахматам, коллекционированию, публицистике и литературе. Под псевдонимом Шахматов он составил и издал три сборника шахматных задач, написал несколько статей, посвящённых творчеству русских писателей, поэтов и живописцев. В 1931-м он неожиданно написал письмо в Наркомпрос РСФСР с предложением провести в нескольких крупных городах России показательный шахматный турнир с участием ведущих шахматистов Европы, приезд которых он гарантировал. Письмо попало на стол к наркому просвещения Андрею Бубнову, но ответа Демидов так и не дождался.

В 1938 году Елим Павлович начал работать над книгой воспоминаний, в которой собирался рассказать не только о себе, но и об истории всех Демидовых и их роли в становлении российской промышленности. Осуществить задуманное так и не удалось: 29 марта 1943 года «заводчик поневоле» скончался в Афинах в возрасте 74 лет. Он был похоронен в приходе русской православной Свято-Троицкой церкви. Через десять лет рядом с ним была похоронена и его супруга.


В 2014 году тагильские путешественники Анна и Вадим Ширяевы побывали на могиле Е. П. Демидова в Афинах и возложили на неё цветы

Сын Елима Павловича и Софьи Илларионовны, Владимир Елимович Демидов, женился на дочери польского дворянина Михаила Новицкого Варваре. В браке у них родились двое детей — Кирилл и Мария. Владимир Елимович умер в 1983 году, Кирилл Владимирович — в 2003 году. Мария Владимировна и её дети Николай и Гертруда живут в польском городе Краков.

...Но вернёмся на улицу Басанина.

До революции 1917 года и ещё в течение 35 лет после улица оставалась преимущественно одноэтажной и деревянной. Переименование, произошедшее 14 апреля 1931 года, несмотря на громкое и «идеологически правильное» название, никаких изменений в облик улицы не принесло. Застраиваться улица начала только в 50-х годах. Первоначально это происходило за счёт поквартальной застройки улиц Строителей, Ленина, Карла Маркса, Газетной, Учительской, Циолковского, Новострой. За десять лет, с 1949 по 1959 год, таким образом была сформирована почти вся нечётная сторона улицы Октябрьской Революции и треть её чётной стороны.


Улица Октябрьской Революции на карте города 1960 г.

Каких-то особо ярких достопримечательностей улица не имеет, однако на ней находится ряд зданий, чья история неразрывно связана с историей развития Нижнего Тагила в советский период. Например, здание по адресу Октябрьской Революции, 44, построенное в 1948–1953 годах для средней школы № 6.

Средняя школа № 6 является одним из первых учебных заведений Нижнего Тагила, появившихся в эпоху «большого индустриального рывка». Как известно, в этот период в нашем городе началось строительство сразу двух заводов-гигантов — УВЗ и НТМЗ. Большинство из приехавших на «стройки века» рабочих были малограмотными крестьянами, отправившимися из деревень на стройки страны, чтобы заработать. Многие ехали на стройки, везя с собой жён и детей. И уже через год-полтора после начала строительства заводов в Нижнем Тагиле стала ощущаться нехватка школ, причём как начальных, так и средних. Кружки и секции «Ликбеза», создаваемые в барачных посёлках энтузиастами, проблемы общей неграмотности не решали, и у городских властей появилась новая забота — увеличение числа учебных заведений.

Школа № 6 была образована в результате объединения нескольких начальных школ и секций «Ликбеза» в 1932 году. Первоначально она имела другой номер — № 4 — и уже через два-три года стала одной из самых известных школ в городе. Известных в первую очередь своими инициативами. Так, в 1938 году педагоги и ученики школы организовали первую в городе станцию юных мичуринцев. Тогда на пришкольном участке было высажено более 150 саженцев яблонь, предоставленных школьникам тагильскими садоводами. Ранее по инициативе педагогического совета и совета учащихся в школе были проведены новогодние утренники для младших классов, с ёлкой (чего не было с 1919 года) и подарками, изготовленными своими руками.

 

После окончания Великой Отечественной войны, когда население города значительно увеличилось, власти города приняли решение построить для некоторых тагильских школ новые здания. Школа № 6 стала одной из таких школ. До войны школа занимала здание по улице (проспекту) Ленина, 67 (нынешний адрес), но за четыре военных года число учащихся возросло в три раза — разместить всех учеников в прежнем здании не представлялось возможным.


Идут занятия для учеников 4-го класса (фото 1952 г.)

Для нового здания школы было выделено место на улице Октябрьской Революции. В проект новой школы был включён и большой приусадебный участок для яблоневого сада, который ученики решили разбить на новом месте.

Строилась школа силами Управления капитального строительства НТМЗ, и 31 августа 1953 года приёмная комиссия горисполкома приняла школу «без существенных замечаний». Новое здание было рассчитано на обучение в одну смену 960 учеников.


Здание школы № 6 (фото 1955 г.)


Решение Нижнетагильского горисполкома об утверждении акта приёмки здания школы № 6

Ныне школа № 6, носящая с 1947 года имя тагильского писателя Алексея Петровича Бондина, находится в здании по адресу ул. Октябрьской Революции, 2. По официальной версии, переезд школы на новое место был обусловлен массовой застройкой чётной стороны улицы Октябрьской Революции, которая началась в 1961–1962 годах...

(Окончание следует…)