Чёрный октябрь. Почему после развала СССР в стране перевелись герои

В эти дни, 3-5 октября, в 1993 году в Москве совершался государственный переворот, по сути, «российский майдан», революция, если хотите. И знаете, как встретила молодёжь в то время это событие? Да никак! Как жили, так и жили, подстраиваясь под наступившее время. 

В 1993 году я закончил школу, 10 классов. Уже где-то с 86 года, когда президентом СССР стал Миша Горбачёв, во всём в нашей жизни началась свистопляска, и уже к 93-му году мы жили полностью под внешним влиянием. К нам пришли иностранные товары, иностранные фильмы, иностранная музыка, и в то время нам казалось это нормой. Я не помню ни одного взрослого, который бы хотел это остановить. Более того, в октябре, когда я уже учился на первом курсе Бугурусланского лётного училища гражданской авиации, ни один взрослый, ни один преподаватель даже не сказал ничего против того, что происходило в стране. Вся страна совершенно равнодушно, точно так же, как и сейчас равнодушно, восприняла итоги выборов, спокойно смотрела, как сняли красные флаги и водрузили российские триколоры. По телевизору каждый день начали показывать передачи о «злодеях коммунистах», в кинотеатрах перестали крутить советское и индийское кино, а по субботам стали проходить дискотеки. Дипломированные инженеры стали ездить за шмотками и продавать их на рынке, работягам стали задерживать зарплату чуть ли не по году, выдавая иногда вместо денег товары широкого потребления или продукты. Сейчас меня это поражает! Ведь поведи нас в то время любой командир против власти, захватившей силой парламент и в итоге уничтожившей результаты референдума о сохранении СССР, мы бы пошли. Не появилось «российских Че Гевар»: все, абсолютно все послушно приняли то, что говорили по телевизору. И я даже сейчас помню, что телеканалы (а их было всего два) говорили одно и то же, все были на стороне Ельцина.

Целое поколение, а это, по сути, поколение послевоенного беби-бума, сейчас им по 60-65 лет, как назвал его Пелевин, поколение «П», спокойно и без сопротивления приняло революцию и новую власть и стало жить с твёрдой уверенностью, что сейчас придут иностранные инвесторы, наступит мир, дружба, жвачка и мы станем жить как в Европе.

Как раз перед переворотом, в начале августа, мне исполнилось 17 лет, отмечал я тот свой день рождения уже в Бугуруслане, сдавая ещё экзамены, тесты и профотбор. Ни один из нас, курсантов, вообще не понимал, что происходит. Мы, оказавшись во взрослой жизни, вдруг поняли, что эта взрослая жизнь далеко не такая, как учил кот Леопольд, и ребята живут далеко не дружно. Поступая в училище, я знал, что в армии происходит дедовщина, но с чем придётся столкнуться мне лично, я даже и не предполагал.

Уже чуть ли ни в первую субботнюю ночь в нашу комнату вломились пьяные старшекурсники и начали как психологическим запугиванием, так и физически принуждать отдать им деньги или сходить за водкой на свои деньги. Это был далеко не тихий ужас, после которого кто-то начал снимать комнаты в домах рядом с училищем, а кто-то вообще уехал. Контроля и порядка практически не было. Как и перестали летать самолёты, так как новоиспечённая власть перестала финансировать училище, отчего просто не было бензина для полётов учебной программы на самолете Ан-2. Это уже прожив жизнь, я знаю, что в это же время, в один день фактически, подписывали себе приговор многие деревни. Например, деревня Пия недалеко от Верхотурья, просуществовав около 300 лет, имея развивающийся колхоз и ферму коров в количестве 800 голов, в эти вырезала всё поголовье, так как их нечем было кормить. Деревня насчитывала до 1500 жителей, сейчас там пустые брошенные дома и человек восемь стариков, доживающих свой век. И таких деревень, а главное людей, ломалось сотни тысяч и миллионы в те дни. И уже никто ничего не мог сделать. И не появилось ни одного героя, который хотя бы попытался бы поднять народ против этого переворота. В негероическое, к сожалению, время мы росли.

Как оказалось, буквально за год до нашего поступления в лётное училище, целый курс по приказу Министерства обороны призвали в армию на срочную службу. Времена тогда были такие, что практически каждая мать, да и сами пацаны просто косили от армии, зная, что там происходит беспредел. Военные билеты можно было купить, а тут курсанты! Все с отличным здоровьем, да ещё и с опытом парашютных прыжков. В тот год забрали со всех училищ ребят. Им повезло: они не попали в первую Чеченскую и как раз перед её началом, в 94-м, они отслужили и вернулись доучиваться уже на нашем курсе. Пройдя дедовщину и «знакомство» со старшекурсниками на первом курсе, мы попали в ещё больший беспредел на втором. Из всего нашего курса закончили училище процентов 50, а может, и того меньше. Кто сам убежал, кого отчислили за неуспеваемость, кого по здоровью списали, но большая часть просто не вернулась с вынужденного отпуска, который длился вечно.

Отучившись два года, получив курс теории, мы должны были каждый отлетать 60 часов практики и пойти во взрослую жизнь с дипломами и пилотскими свидетельствами искать работу. Но бензина так и не было, и летом 1995-го нас просто отправили домой, сказав: «Ждите вызов на полёты, скоро будем жить как в Европе». Лично я был в этом отпуске три года! И в 98 году, спустя пять лет после школы, уже женившись, но так и не научившись летать, сделал себе липовую справку о якобы налёте в Соколе и, подарив блок сигарет «Бонд» своему пилоту-инструктору, выпустился наконец оттуда…

Желая получить высшее образование и не желая уже идти в армию, будучи 23-летним человеком, я поехал учиться в Питер в Академию гражданской авиации. В 2002-м, потратив на учёбу в общей сложности вместе со школой 19 лет, я получил диплом инженер-пилота, при этом не научившись абсолютно ничему, никакой специальности. Жизнь научила работать и грузчиком, и формовщиком, и охранником, и торгашом. И мне ещё повезло! Недавно общался с человеком, его сына, примерно моего ровесника, привезли грузом 200 из Чечни… Я поинтересовался у него, благодарит ли его государство, помнит ли, что отняло оно его кровиночку, или, быть может, какую копейку платит? Ничего! Ничего не получает он за отнятую жизнь своего сына.

Я родился и вырос в России социалистической, и именно воспоминания о ней, о тех добрых мультфильмах, о порядке на улицах и во дворах, о мудрых учителях-стариках я люблю! Возможно, кто-то подстроился, вжился в этот дикий рынок, нажил себе благосостояние. Но на что променяли «единый могучий Советский Союз»?! Ведь, как принято говорить, «рухнул» не Союз! Рухнул весь русский народ, его история, культура. Если заросли травой поля и вымерли деревни, которым было по 200-300 лет, о какой смене власти может идти речь?

Сейчас всё, что происходит, – это просто продолжение «игры». В шахматах существует «английское начало» – это когда играющий белыми медленно, но верно выстраивает позицию фигур так, что подводит чёрных к проигрышу. Это то же самое, что медленно заходящий в сердце нож. То же самое произошло и происходит с нашим народом. Я смотрю на наше общество: бегут куда-то, машины снуют туда-сюда, гипермаркеты забиты товарами, кругом реклама, кругом предложение удовлетворения желаний и потребностей. Ведь всё это в очередной раз построено и строится на беспределе, лжи, предательстве и грабеже простых людей. Ведь посмотрите, к чему мы пришли! По телевизору откровенное враньё, нет никаких выборов и никакой демократии, а люди живут в страхе. Высшие должностные лица, не владеющие большим умом, а имеющие лишь наглость и болезнь алчностью, нелюбимы всем народом. Но при этом самому народу пытаются внушать любовь и патриотизм. Люди в большей массе в долговом рабстве, не имеют порой элементарной возможности подлечиться, живут от зарплаты до зарплаты.

Мы никогда не будем жить как в Европе – теперь уже это унылое выражение твердит фактически каждый. И при этом началась истерия и откровенное человеконенавистничество! Не только «америкосов», «фашистов-бандеровцев», но и идёт уже война полов! Идёт война культурных ценностей и настоящая битва мировоззрений! Наступило доминирование глупости над мудростью, лжи над правдой, страха над смелостью. И ради этого мы прожили свои жизни? В этом мы увидели смысл?

Вы даже не представляете, каких классных ребят я знал, и довольно значительная часть из этих ребят уже на том свете. Сколько гибнет и погибло людей от алкоголя, наркоты, от преступности. Ведь их жизни – это цена всего этого «мира потребления», в котором нравственная деградация подрастающих поколений уже, как неизбежность, приходит с каждым годом. Быть может, пора очнуться всем и прозреть, приняв и поняв события прошлого?! Ведь 3 и 5 октября 1993 года – это, по сути, то самое «английское начало», нож, медленно входящий в самое сердце, медленное и мучительное самоубийство целого народа. Мы ещё вроде бы и живы, но духа единства и братства, как было раньше, в нас уже нет. Как нет и героев, на которых хотелось бы быть похожим. 

Мы не видели героев-отцов. Неужели и дети наши не увидят ни в одном из нас героя своего времени?